Кремль утратил доверие внутри страны – значит, надо ждать удара извне.
lopuhsurepkin
Любому противнику сложно бороться со страной, сплоченной единым началом и доверяющей своему правительству и своему лидеру. Легче бороться со страной, расколотой изнутри, не доверяющей своему правительству и усомнившейся в своем лидере.

Если власть принимает решения, раскалывающие страну, которая имеет сильного внешнего противника, значит, она либо некомпетентна, либо сознательно действует в интересах противника.

В марте2018 г., через неделю после выборов президента РФ, 63% граждан считали, что страна движется в правильном направлении, и 14% считали, что она идет по неверному пути. Причем за неделю перед выборами первых было 58%, а вторых – 16%.

То есть за счет только результатов выборов и уверенного результата Путина считающих, что Россия идет в правильном направлении, стало на 5% больше.

В мае число первых упало до 56%, вторых – выросло до 16%. Что произошло с марта по май? Путин переназначил премьер-министром Медведева.

В июле число считающих, что страна идет правильным путем, снизилось еще сильнее – до 48%. Что произошло с мая по июль? Медведев огласил проект своей пенсионной реформы.

Два движения власти – и положительные оценки ее политики обрушились на 15%, то есть если в марте ее поддерживали две трети общества, в июле ее поддерживают меньше половины.

Если о самом Медведеве, в марте его деятельность одобряли 44%, не одобряли 55%. Не очень понятно, зачем переназначать премьером человека, работу которого считают неудачной больше половины граждан? Но президент, поддержанный тремя четвертями избирателей, может себе позволить такую странность.

Медведева переназначили, он анонсировал свою программу и свою реформу – и одобрение его работы рухнуло до 31%. Неодобрение – взметнулось до 69 %.

Медведева представлял президент. Утверждал парламент. В марте работу Думы одобряли 44%, не одобряли 55%. Она утвердила Медведева на посту премьера, а затем поддержала его проект пенсионной реформы – и одобрение ее работы упало до 33%, неодобрение – выросло до 65%.

То же самое – и с президентом: в марте-апреле одобрение его деятельности достигало 82%. После назначения Медведева снизилось до 79%. После оглашения пенсионной реформы и дружной поддержки ее официальными СМИ и Думой доверие к президенту упало до 67% – на 15% от выборного уровня. Это – практически один к одному ситуация2005 г., когда авантюру с «монетизацией льгот» пришлось отменять из-за массовых протестов против нее.



Политика – как скоростная дорога: неловкое движение руля – и отлаженная машина летит в кювет. Или в пропасть.

Упало доверие к власти во внутренней политике. Но власть опиралась на это доверие и на основанную на нем поддержку и в политике внешней. В отражении внешних угроз внешнего противника.

Наших лидеров давно предупреждали, что они самонадеянно допускают разрыв векторов внутренней и внешней политик. Что во внешней политике они проводит курс на защиту национальных интересов страны, а во внутренней – на защиту интересов богатых и богатейших. Предупреждали, что это опасно и рискованно.

До поры все сходило с рук. Сошло с рук даже во время искусственной девальвации зимы 2014-15 годов, после которой уровень жизни упал если и не в два, то в полтора раза. Народ стиснул зубы и стерпел – назло внешнему врагу.

Но в 2018 году удар нанесли не цены на нефть и не санкции врага – удар нанесло свое, пусть и бездарное – но свое правительство. По существу объявившее нечто вроде «пенсионного дефолта». Собственно, «дефолт» – это банкротство, отказ платить по долгам. Правительство не говорило, что не будет платить пенсионерам по своим долгам, оно просто сказало, что платить будет не всем. Грубо говоря – примерно половине.

И как результат – внезапно изменилась позиция общества по ведущим аспектым внешней политики: отношении к внешнему врагу, которому пытается противостоять Россия.

Еще в мае, до объявления о пенсионной реформе, к США у нас плохо относились 69% и хорошо – 20%. Через два месяца после объявления о намерении повысить пенсионный возраст картина поменялась почти диаметрально: хорошо теперь к США относятся 42%, большее число людей, плохо – 40%. Одно движение власти – и союзников у противника стало вдвое больше, чем было, а противников – в полтора раза меньше.

Кто-то может связать это с мягкими переговорами Путина с Трампом в Хельсинки. Напрасно. По тем же данным опросов: серьезного улучшения отношений между РФ и США после этой встречи ждут 5%, некоторого – 24%. Что все останется по прежнему, полагают 53 %.

Почему так и какое отношение пенсионная реформа имеет к отношениям с США? Просто если власть оказалась бесчестной и лживой внутри страны, возникает вопрос: а говорит ли она правду о внешних делах?



Мария Захарова вызывала симпатию и почти восторг своими комментариями мировой политики – но как только стала публично рассказывать, как хорошо подольше не выходить на пенсию, возникла реакция: «Раз она врет здесь, говорит ли она правду по делу Скрипалей?»

Возможно, по Скрипалям она на самом деле правду говорит – только теперь ей верить много меньше людей.

Что разозлило страну? Даже не сам по себе ущерб от задуманной властью реформы. Разозлили, с одной стороны, мелочное крысятничество власти: поживиться, пусть по мелочи, но у своих и там, где плохо лежит. С другой – что обобрать решили и так самых бедных и беззащитных.

Тронуть российских долларовых миллиардеров власть боится. Отобрать награбленное у воров 90-х – не решается. Пресечь нынешнее воровство и вывоз капиталов за границу – не умеет. Остается – воровать у пенсионеров.

Разозлили именно эти беззастенчивость и трусость.


И вот вдвое выросло число сторонников США, в полтора раза – к Евросоюза: в мае хорошо относились к нему 27%, плохо – 55%. После объявления пенсионной реформы доля первых выросла в полтора раза до 42%, доля вторых упала до 38%.

Сложно сказать, объявит ли после этого Конгресс США Дмитрия Медведева «лучшим американцем» и вручит ли ему медаль «пурпурное сердце». Но американские сенаторы законопроекты о введении новых санкций против России внесли молниеносно. Вплоть до санкций по госдолгу России и объявлению ее «спонсором терроризма».

И связь здесь прямая: если страна едина и сплочена, вводить против нее санкции практически бесполезно, даже если жизненный уровень и упадет – страна выстоит.

А если она расколота и собственной власти не доверяет, а власть обирает свой народ – остается только усиливать натиск, ожидая, когда население само избавится от этой власти.

Потому что вынести народ может все, но зачем ему своей стойкостью защищать власть, обирающую стариков?


Повышение пенсионного возраста затеяли? – Затеяли.

Доверие к власти обрушили? – Обрушили.

Поддержку внешнего врага повысили? – Повысили.

Ждите удара врага.



Сергей Черняховский
➡ Источник: https://publizist.ru/blogs/34/26380/

Награда нашла героев.
lopuhsurepkin
Каждый август свидомые украинцы начинали ныть и плакать по поводу "Пражской весны, растоптанной сапогом российского оккупанта". Ну вот так у них получается. Вроде, все помнят, что в 1968 году войска в Чехословакию вводили страны ОВД. И, в том числе, СССР. Но бывшие члены ОВД теперь в ЕС и в НАТО и украинцам ссориться с ними неполиткорректно. А Россия правопреемница Советского Союза. Так и получается, что "Россия вводила". Абракадабра, зато свидомым приятно. А я всегда говорила, что в Чехословакии были войска с Украины. Чисто по логистике. Ну не из Сибири же их, в самом деле, везли самолетами. В СССР строго проводился принцип экономии средств и за такой зряшный расход дорогого авиационного топлива никого бы по головке не погладили. А поскольку украинцы любого, даже случайно побывавшего на Украине, объявляют украинцем, то да - "Пражскую весну" подавляли украинцы.))


http://rusvesna.su/news/1534191524?utm_campaign=transit&utm_source=mirtesen&utm_medium=news&from=mirtesen
«Виноваты украинцы!» — в Чехии разразились грандиозными обвинениями в адрес Украины
13.08.2018 - 23:18
«Виноваты украинцы!» — в Чехии разразились грандиозными обвинениями в адрес Украины | Русская весна
Лидер Коммунистической партии Чехии Войтех Филип обвинил украинцев, которые находились в руководстве СССР и в Советской армии, виновными в подавлении «Пражской весны».

«100% истории „Пражской весны” фальсифицированы. Никто не напишет, что вся идея основана на антироссийской позиции. Но в политбюро СССР в те времена был лишь один русский. И он голосовал против. Лидер СССР Леонид Брежнев был из Украины. Большинство солдат, участвовавших во вторжении, были украинцами», — цитирует Филипа британское издание The Guardian.

Он отметил, что больше всего подавление восстания поддерживали власти ГДР, Польши и Венгрии.

Филип заранее опроверг обвинения в сотрудничестве с российскими властями и заявил, что основным его партнёром в России является Компартия РФ.

Напомним, «Пражской весной» называют период в истории Чехословакии в первой половине 1968 года после избрания первым секретарём ЦК КПЧ Александра Дубчека и его разворота в сторону западной Европы.

[reposted post]День пятый тире десятый. Орёл. Город, который меня огорчил.
soullaway
reposted by lopuhsurepkin
1

Read more...Collapse )

Историческое.
lopuhsurepkin

https://twitter.com/Barbudos2000/status/1026710134142251009


https://twitter.com/Soviet_flag/status/1026914637424537603
Советский!
‏@Soviet_flag
Она очень хотела полететь в космос: прыгала с парашютом из стратосферы, летала на сверхзвуковых самолётах и добилась своего-стала первой женщиной, вышедшей в открытый космос.
8 августа День Рождения(70 лет) у дважды Героя Советского Союза, настоящего коммуниста Светланы Савицкой



Пенсионная реформа: если подумать… (I)
lopuhsurepkin
http://www.warandpeace.ru/ru/exclusive/view/132309/

23.07.18 21:35


"Трудящийся всегда остаётся человеком, которого не стали казнить, которому отказано в этой чести. И труд представляется, прежде всего, как знак унижения, когда человека считают достойным лишь одной жизни. Капитал эксплуатирует трудящихся до смерти. Парадоксальным образом, худшее, что он с ним делает – это отказ от смерти. Отлагая их смерть, он превращает их в рабов и обрекает на бесконечное унижение – жизнь в труде"

Ж. Бодрийяр

I

Предложенные правительством РФ в июне 2018 года изменения в пенсионное законодательство чуть было не стоило стране спокойного чемпионата мира по футболу. Ничтоже сумяшеся было решено повысить возраст выхода на пенсию женщинам на 8 лет, а мужчинам на 5 лет, что не оставило равнодушным граждан РФ. Почему это было сделано тогда и так, можно гадать изрядно. Хотя подобные конкретные действия и характеризуют достаточно полно как правительство, так и всю правящую в РФ группу.

Правительство не скрывает, что основной мотив здесь – фискальный. Сокращение затрат бюджета для его сбалансированности уже не одно десятилетие остаётся там "священной коровой". Причём не обнаруживается никакой иной цели, кроме собственно бюджета, существующего как бы сам по себе и ценного как сам по себе. Но такой аргумент, может, и воздействует на кого-то, кроме работников министерства финансов, но слаб тем, что можно указать несметное количество иных источников сокращения затрат и более очевидных, и более разумных, и более полезных для экономики, кроме прямого изъятия средств из кармана граждан. Можно даже набраться "наглости" и предложить правительству сосредоточить свои усилия на росте доходов, а не сокращения расходов…

Однако прочие причины, указываемые апологетами увеличения возраста выхода на пенсию, смотрятся ещё более странно, не сказать убого. Приводятся в пример ряд стран Европы, где за последние годы также увеличили пенсионный возраст, не распространяясь об их сути, резонах, структуре и характере занятости, размерах тамошних пенсий, о провале соответствующего референдума в Швейцарии и т.д. Говорится о резком увеличении времени дожития в РФ, не уточняя, изменилось ли время трудоспособного возраста, по силам ли трудиться людям за 60, одновременно игнорируется вопрос об их трудоустройстве. Рассуждают о положительном психологическом настрое наших пенсионеров, жаждущих работать и далее, как будто кто-то мешал это делать без реформы тем, кто мог и желал. Министр нашего здравоохранения Вероника Игоревна Скворцова, в порыве "материнской заботы", рассказывает о более длительной жизни работающих пожилых людях, в сравнении с неработающими. Она также порадовала данными, что в процессе старения самыми последними подвергаются изменениям именно профессиональные автоматизмы и стереотипы. Похоже, возраст выхода на пенсию можно повышать и далее. Ряд ораторов, морща носики, сетовал, что, оказывается, находятся люди, которые только и ждут пенсию. Считают дни до неё. Были и прямые аргументы, в своей безапелляционности и бездумности: "Дело решённое. Затягивать нельзя. Вопрос презрел". Почему перезрел? Почему решённое? Отчего же затягивать нельзя? Зачем затягивали, коли это так важно? Это самострел? Признание в своей профессиональной непригодности?

Иначе, правительство РФ приняло решение, не удосужившись его обосновать и объяснить, хоть мало-мальски разумно и аргументированно. Думается, оно и само себе не очень объяснило для чего и зачем. Из серии – все так делают и мы…

Но общество несколько оторопело от предложенного и начало возмущаться.

В общем, хотели авторы "исторического решения" или нет, но дискуссия уже в разгаре. И натурная – митинги и пикеты по всей стране. И теоретическая: вышла уже тьма статей. Особенно много с критической оценкой реформы.

Но, к сожалению, весь спор сосредоточен на одном узком вопросе: поднимать или нет возраст выхода на пенсию. И рассматривается он совершенно обособленно. Будто пенсионеры связаны с обществом и государством лишь затратами по содержанию пенсионной системы. Представители правящей в РФ группы твёрдо стоят на том, что поднимать возраст необходимо, весь вопрос в том – на сколько, как и когда. Противники в основном говорят о том, что поднимать не надо. У первых аргументы опираются на соотношение работающих и пенсионеров которое за пятьдесят лет уменьшилось более чем вдвое. У вторых, традиционно, – на тяжёлую социальную ситуацию в стране. Они в принципе согласны с первыми, но предлагают ждать(создавать) другие условия, которые и позволят поднять возраст выхода на пенсию.

Мы предлагаем посмотреть на ситуацию несколько с иной точки зрения. Не ломать копья в доказательствах верности или не верности пенсионной реформы, а взглянуть на проблему с пенсиями и пенсионерами как на часть существующих проблем всего общества в целом. Не решать отдельно вопрос фискальный, отдельно трудоустройства пожилых людей, отдельно пенсий, а подойти к поставленному вопросу как к проблеме, возникшей в системе. Ведь общество – это открытая нелинейная система. Любое изменение в её элементах или связях ведёт к изменению, перестройке всей системы, читай, всего общества. Например, поднятие пенсионного возраста приведёт не только к экономии (вообще говоря, временной и условной для бюджета), но и к огромной перестройке рынка труда, к росту затрат фонда социального страхования на больничные, не только состарившимся работникам, но и мамам по болезни ребёнка вплоть до конца начальной школы, поскольку бабушки уже не смогут их заменять, росту затрат самого пенсионного фонда, к росту напряжения с яслями и детскими садами, к снижению рождаемости и т.д. И задача реформаторов системы – не в решении отдельного вопроса, даже очень важного, а во всегдашней заботе об обеспечении устойчивости и роста системы, повышению её связности, увеличению доступных ей ресурсов. Безотносительно сбалансированности бюджета государства в данный период истории.

И вот если рассматривать ситуацию с этих позиций, то при отсутствии убедительных аргументов за увеличение пенсионного возраста имеются очень веские аргументы за уменьшение этого возраста. Предоставлением данных аргументов и займёмся, насколько нам позволяет это делать формат статьи. Но сначала кратко проясним вообще суть пенсионного обеспечения и откуда есть пошло оно, хотя мы об этом более подробно писали ранее…

II

В прежние "патриархальные" времена, пока смерч капитализма не втянул в рыночную экономику женщин, основная масса производительного труда, а значит и семейного дохода по вполне естественным причинам завесила от мужского населения. Во-первых, это преимущественно силовой характер труда связанного с обработкой земли, который не по силам физически, в среднем, более слабой женщине. Во-вторых, неспособность её к полноценно производительному труду даже просто для своего прокормления (не говоря уже о расширенном воспроизводстве) в период беременности и ухода за младенцем. Поэтому именно муж и воспринимался и был фактическим кормильцем семьи.

Появление же детей не подрывало финансовое благополучие семьи. Ведь уровень жизни по рождению ребёнка хотя и снижался, но несущественно и ненадолго. Пахота, косьба как была, так и оставалась мужским делом. Но одновременно, значительно возрастала перспектива роста дохода в будущем. Ребёнок – это заинтересованный и дешёвый работник уже с семи лет, ценность которого только повышалась с каждым годом и он же – кормилец родителей в будущем. Появление четвёртого и последующих детей вообще практически не сказывалось отрицательно на экономическом положении семьи. Подчеркну – мы рассматриваем систему в целом, а не, например, проблему малоземельности крестьян.

Тут можно вспомнить старинную византийскую притчу о землекопе, который, объясняя базилевсу структуру своих затрат, говорил, что из получаемых им в день 30 фоллов, он 10 даёт в долг, сиречь, кормит детей, 10 отдаёт в виде возврата долга, сиречь, кормит родителей и 10 тратит на себя.


Пенсиями, во "времена былинные", обеспечивались лишь те категории граждан, которые в силу специфики службы на государство, не имели возможности завести семью, оставаясь, таким образом, к старости без средств к пропитанию (римские солдаты, офицеры военно-морского флота в ряде стран), а также те, кто не мог вести своё хозяйство (отдельные категории госслужащих, сельские учителя, врачи). Прочее население само заботилось о себе и о своей старости, без всяких пенсионов.

Члены общества, которые, по разным причинам, к старости не имели ни детей, ни имущества, становились иждивенцами либо в богатых домах или в домах своих дальних родственников, либо в странноприимных заведениях, заводимых при религиозных и попечительских организациях. Значительную роль играла здесь сельская община.

Ситуация кардинально поменялась с началом промышленной революции, с широким распространением фабричного производства и наступлением капитализма. Причиной этому стали три взаимосвязанных явления: вовлечение в фабричное производство женщин; массовый переезд людей в города, сопряжённый с разрушением традиционного хозяйственного уклада; рост производительности труда, в первую очередь, в сельском хозяйстве.

Тотальное вовлечение женщин в труд на фабриках и разрушение традиционного семейного хозяйства привело к сокращению количества рождаемых ими детей. Так, в России сокращение количества детей, приходящееся на одну женщину, началось именно с середины 60-х годов XIX-го века. Что очень точно совпадает с началом широкого распространения капиталистического экономического и социального уклада в стране, распадом крестьянской общины, массовой миграцией крестьян в города.

Указанные процессы стандартны для всех времён и всех народов. Показателен своей чистотой пример Лаоса, который до 80-х годов ХХ-го века был чисто сельскохозяйственной страной, полностью лишённой какой-либо фабричной, не то что индустриальной составляющей экономики. Лаос не вёл международную торговлю, ибо ему нечего было предложить вовне. У него не было и широкого товарного сельского хозяйства. Вся экономика его была внутри и самого простого характера. В течение многих десятилетий в Лаосе на одну женщину приходилось около 6,3 рождённых ребёнка.

С началом периода индустриализации (вторая половина 80-х годов) и началом переноса в Лаос, как и во все страны Юго-Восточной Азии, фабричного производства извне сразу запустился процесс уменьшения количества детей, рождённых одной женщиной. Сегодня он в два раза меньше, чем до начала индустриализации, и продолжает падать.

Приход женщин на фабрики, из-за роста предложения рабочих рук, привёл и к сокращению оплаты труда мужчин. Более того, чем дальше шла механизация и автоматизация физического труда, тем больше нивелировались физиологические особенности мужчин и их могли всё в большей степени заменить женщины. Сокращение разрыва в оплате труда (постепенного роста у женщины и постепенного уменьшения у мужчины) изменило структуру доходов в семье, муж перестал быть основным кормильцем.

В ситуации близости уровня доходов обоих супругов и их городского образа жизни с появлением ребёнка затраты на обычные нужды возрастали при одновременном кардинальном падении доходов. Как прямых, в виде выбытия доли жены в период беременности и ухода за ребёнком, так и косвенных, в виде частичной потери дохода отца в период младенчества ребёнка и потери в доходах матери в будущем из-за торможения или отказа её от карьеры. Семья вынуждена компенсировать сокращение доходов кардинальным сокращением количества детей. Один ребёнок на семью становится нормой. Экономически обоснованной нормой. Экономически навязанной нормой.

Заметим, что при рождении ребёнка радикальное ухудшение экономических перспектив женщины как работника заставляет многих из них отказаться от родов вообще или надолго отложить оные. В социально-экономическом плане такая женщина становится совершенно не отличимой от мужчины. Думается, это один из основных факторов, приведший к такой популярности мужских элементов в женской одежде, возникновения феминистских движений, распространение гендерных теорий и т.п. деструктивных явлений. По сути, при нивелировке социальных и экономических различий между мужчинами и женщинами, у них остаются только половые. Следовательно, они уже рассматривают друг только и исключительно как партнёров по сексу без необходимости образования семьи и иных социальных связей. Более того, нивелируются социальные роли. Остаётся только роль гражданина, затем члена общества, потом просто человека. И здесь естественно возникновение и распространение псевдополов – психологически обусловленных состояний, близких к шизофрении.

Т.о. общество, в период капиталистического уклада, столкнулось с возникновением значительной прослойки населения, не обеспеченной какими-либо средствами к существованию. Характер и уровень оплаты не позволял ей накопить средства на старость, а детей, которые ранее содержали родителей в пожилом возрасте, рожать и растить экономически не выгодно. Покинувший деревню и состарившийся человек оказывался в городе один на один с асфальтом, холодом, голодом и самим собой.

Именно в описанном нами процессе трансформации семьи и общественных отношений под воздействием изменения экономического уклада, а отнюдь не в гуманизации общества, состоит смысл и причина введения и распространения системы всеобщего пенсионного обеспечения. Капитал, выжав всё из работников в период их физического и интеллектуального расцвета, тратить деньги на содержание немощных и обессиленных не желал и вводом пенсионной системы с удовольствием переложил данные расходы на государство и самих работников.

Но постепенно выяснилось, что всеобщее пенсионное обеспечение, решая одну проблему – содержание пожилых людей, не способных трудиться на капиталистическом производстве, – порождает для общества сразу несколько других, не меньших: сокращение рождаемости, рост зависимости работника от работодателя и государства, деградация семьи, деструктивная трансформация морали, атомизация общества и т.д.

Наконец, отметим, что именно интенсивный рост производительности труда сделал возможным описанный процесс и поддерживал его в течение двух столетий. Но, как увидим в дальнейшем, положительная динамика производительности труда играет определяющую роль и в облегчении участи пенсионеров.

И вот, по прошествии 200 лет, оказалось, что данный способ обеспеченной старости не решает, по сути, и саму эту проблему. Экстерналии, им порождаемые, приводят к невозможности существования пенсионной системы в её прежнем виде. Деградация семьи и сокращение деторождаемости размывают экономические основы пенсионной системы. Получаем неустойчивую систему с положительной обратной связью, для существования которой потребно всё более и более ресурсов. Развитые страны ярко демонстрируют это. Везде происходит поднятие возраста выхода на пенсию, увеличиваются пенсионные отчисления, устойчивость пенсионных фондов давно поддерживается за счёт государственного бюджета. Более того, темп воспроизводства всего населения Земли уже падает с середины 80-х годов прошлого века. Т.о. через 50 лет проблема состарившегося и немощного населения мультиплицируется на всю планету. И повсеместно предлагаемый вариант – работать как можно дольше, поскольку медицина позволяет человеку жить дольше, более похож на дурную бесконечность, чем на действительный выход из создавшегося положения.

Очевидно, что "так жить нельзя", что дорога прежней пенсионной системы оказалась тупиковой. И мы в РФ тоже в него упёрлись, а значит и решение правительства об увеличении возраста выхода на пенсию априори неверное. Оно не решает саму проблему, что доказано практикой огромного количества государств и видов пенсионных систем, но лишь усугубляет прежние проблемы и создаёт дополнительные.

Но что делать?

III

Начнём с того, что переформулируем задачу. Отойдём подальше от стандартного взгляда на пенсионную систему как вариант богадельни и включим, наконец, пожилых людей в общество полностью. И социально и экономически. В общество, к созданию богатства которого и нашего благополучия они приложили столько своих сил, ума и энергии.

Как мы указывали ранее, взгляд на государство и общество как на систему позволит видеть и решать проблемы комплексно, причём именно так, что увеличит устойчивость всей системы в целом. Из свойств системы – целостности и эмерджентности – следует, что если вы желаете произвести какие-либо изменения в элементе системы или в её структуре, то совсем не обязательно браться именно за этот элемент и эту связь и совсем не обязательно их нужно сместить в ту сторону, куда вам желательно, чтобы в итоге получить желаемый результат. Из этих же свойств следует, что решение проблемы элемента системы обычно находится на более высоком уровне, чем сам этот элемент.

Итак, мы хотим: обеспечить достойную старость пожилым людям, одновременно увеличить рождаемость, получить дополнительные экономические ресурсы и не увеличивать относительную нагрузку на бюджет государства.

Для системного решения предлагается не увеличивать, а напротив, существенно уменьшить возраст выхода на пенсию. Исходя из физиологических и психологических особенностей, можно установить сегодня возраст выхода на пенсию для граждан обоего пола в 50 лет. Более точные параметры можно назначить отдельно, используя соответствующие статистические данные и исследования специалистов различных профилей. Мы же изложим сам принцип и приведём резоны общего порядка.

Экономическая основа нашего предложения – продолжающийся рост производительности труда. Собственно, само предложение – уменьшить возраст выхода на пенсию – будет и опираться, и способствовать ускорению роста этого показателя. Социальная основа нашего предложения – важнейшая значение достаточного количества свободного времени у опытных (пожилых) людей для стабилизации социальной ситуации в государстве и обществе посредством влияния в семье, их политической и социальной активности, личного и коллективного (слоя пожилых людей) авторитета. Психологическая основа нашего предложения – уверенность в своем будущем делает человека более здоровым, социально и экономически активным, способным свободно и независимо мыслить и действовать.

Итак, экономика. Общеизвестна отрицательная динамика занятости в сельском хозяйстве, продолжающаяся уже более 200 лет. В 1900 году в сельском хозяйстве было занято около 70% населения планеты, в 1950 этот показатель сократился до 60%, а к 2000 году упал до 33%. Количество занятых в промышленности в тот же период изменилось незначительно с 11% в 1900 году до 14% в 2000 году, но её доля в мировом ВВП за 100 лет с 1900 года выросла с 14% до 25%. При этом население Земли, за тот же период, увеличилось в 3,5 раза. И всё оно, в целом, обеспечено питанием и промышленными продуктами повседневного спроса. Доля голодающих сокращается уже более 50 лет при продолжающемся росте численности населения. Последние 20 лет уменьшается и абсолютное количество голодающих. Постоянно, в целом, снижается стоимость продовольствия и товаров первой необходимости. Уровень развития промышленности и сельского хозяйства (но не принципов распределения) уже сегодня позволяет обеспечить всё население земли продовольствием, одеждой и жильем в размерах, потребных для приемлемого существования.

В действительности, существенно бо’льшая проблема, которая встаёт перед человечеством, это не как ранее – голод, болезни и бездомность, а осмысленная занятость населения. В результате продолжающейся промышленной революции начинается взрывной рост технологической безработицы. К 2050 году в промышленно развитых странах и в отдельных отраслях производства автоматизации подвергнется до 50% рабочих мест.

Спрашивается куда они пойдут?

Тут надо заметить, что предыдущие промышленные революции не приводили к длительному росту безработицы, поскольку высвобождавшиеся в результате прогресса работники поглощались секторами экономики либо испытывавшими кадровый голод, либо не подвергавшимися автоматизации. Сперва это была в основном промышленность, последние 50 лет – сектор услуг. В мире доля занятых в ней выросла с 20% в 1900 году до более 50% в 2000 году. Для развитых стран эти цифры ещё значительней: страны ОЭСР в среднем – более 60%, США и Великобритания – более 80%. В РФ в сельском хозяйстве занято около 10%, в промышленности около 32%, в сфере услуг – около 58% трудоспособного населения.

Однако сегодняшняя автоматизация направлена, в первую очередь, именно на сектор услуг. Наиболее подверженные риску автоматизации профессии: страховые и налоговые агенты, банковские клерки, библиотекари, бухгалтера и аудиторы, юристы, водители городского транспорта, работники гостиниц, ресторанов, продавцы и кассиры торговых центров, охранники и т.д. И секторов, которые могли бы поглотить освобождающиеся людские ресурсы, сегодня нет, поскольку начинающаяся эпоха роботизации в промышленности, приведёт к резкому сокращению занятых и здесь.

Выходит, что технологическим безработным теперь некуда податься из-за одновременного сокращения занятых в сфере услуг и промышленности, продолжающегося роста производительности труда в сельском хозяйстве и развития химии продуктов питания.

Потому разговоры о переподготовке новых безработных, об их переучивании, более похожи на попытку уговорить самого себя, что всё будет хорошо, ибо и раньше всё было хорошо. Но возникающая проблема существует уже в совершенно иных условиях, и апробированные методы решений теперь не работают.


Поэтому проблема пенсий – это не проблема дефицита бюджета или соотношения работающих и пенсионеров, а проблема перераспределения. Или ещё более кратко – это не проблема производства, а проблема распределения. Кажется настоящей шизофренией, когда одни и те же политики рассуждают о дефиците пенсионного фонда и проводят законы об увеличении возраста выхода на пенсию и, одновременно, озабочены купированием взрывного роста технологической безработицы в ближайшие 10-15 лет и финансируют эксперименты по введению безусловного базового дохода (ББД). Очевидно, что это проблемы одного уровня и решаются они не по одиночке, а только в комплексе и решением более высокого уровня, охватывающем всю систему государство-общество в целом.

Из вышеприведённых цифр, из направления и динамики экономического развития человечества, следует совершенно однозначный вывод об отсутствии каких-либо экономических причин для продолжения насильственной занятости пожилых людей через увеличение возраста выхода на пенсию. Скорее имеется в наличии необходимость более раннего выхода их на пенсию для снятия всё возрастающей напряжённости в области занятости населения. К этому имеются все экономические, социальные и даже политические предпосылки. Причём это относится ко всем промышленно развитым странам мира и к РФ в том числе. Рассмотрим это в следующей работе.



Источник: Остроменский Михаил Петрович

Финансовая система Советского Союза.2
lopuhsurepkin
Объективная оценка

Фактически, в СССР был создан новый тип экономической системы, нуждающийся в особых способах управления и особых способах реформирования. Тот факт, что это – принципиально новая, небывалая в истории и при этом весьма перспективная экономическая система, не был вовремя осмыслен ни руководителями государства, ни тем более "реформаторами". Наши "реформаторы", критикуя советскую экономическую систему, всего лишь повторяли и до сих пор тупо повторяют тезисы, подброшенные им из-за рубежа. Но ведь сколько времени прошло, пора бы уж было и понять, что к чему. В рамках "холодной войны", естественно, велась и психологическая война. Она включала в себя атаку на мышление интеллектуалов, писателей, публицистов, ученых, не в последнюю очередь экономистов. Внушалось примерно следующее: "Ваша экономика ни на что не годится, уничтожьте ее, делайте как мы". И уничтожили. Сейчас сидят на обломках страны и до сих пор ничего понять не могут. В действительности же серьезные западные исследователи, свободные от идеологических предрассудков, всегда исключительно высоко оценивали и оценивают достижения советской экономической системы.

Так, английский журнал "Экономист" пишет: "Вопреки широко распространенным заявлениям, историческое развитие советской экономики является одним из величайших успехов, достигнутых в двадцатом столетии. СССР оказался одной из двух стран мира, стремительно прорвавшихся в группу развитых в промышленном отношении: вторая страна – Япония. Среди крупнейших стран мира только Япония превысила уровень дохода ВВП на душу населения СССР. Это позволило Советскому Союзу ликвидировать крайнюю нищету, обеспечить создание служб социального страхования, создать одну из самых всеобъемлющих систем социального обеспечения в мире, достичь одного из высоких уровней образования и здравоохранения, создать мощнейший военный потенциал, сравнимый с потенциалом США. Помимо оборонной промышленности советская технология доказала свои способности проявить себя на самом высоком международном уровне. И все это – несмотря на блокаду в технологической области со стороны западных стран, от чего Япония, кстати, не страдала. В этих условиях развитие СССР является одним из крупнейших экономических достижений в мировой истории".

Обратим внимание, однако, на следующий поразительный факт: СССР добился выдающихся экономических успехов, по всем параметрам уступая Западу. Запад (его следует рассматривать как единое экономическое целое) потребляет две трети добываемых в мире ресурсов. СССР всегда мог рассчитывать только на свои ресурсы. На Западе работают сотни миллионов рабочих рук и сотни миллионов рабочих рук работают на него во всем мире. В СССР было всего несколько десятков миллионов рабочих рук. А совокупный промышленный потенциал Запада превышал советский не в сотни, а в тысячи раз. Тем не менее СССР сумел добиться феноменальных экономических успехов и стать второй сверхдержавой мира, хотя теоретически у него для этого не было ни сил, ни возможностей. Как ему это удалось? Благодаря той парадоксальной (с точки зрения западных экономистов) структуре экономики и соответствующей ей парадоксальной финансовой системе. На преимущества последних мы указали выше.

Практика – критерий истины

Из всего сказанного вовсе не следует, что советская экономика была верхом совершенства. Разумеется, реформировать ее следовало. Но как? Вопрос этот трудный и сложный. Во всем объеме мы не будем его рассматривать. Коснемся только вопроса о финансовой системе. "Реформаторы", приступая к своей разрушительной деятельности, сочли необходимым убрать барьер между сферами действия наличных и безналичных денег. Это было ошибкой. Что должно произойти, если в экономике, структурированной "по-советски", убрать такой барьер? В этом случае должно произойти следующее.

Раздвоенная налично-безналичная финансовая система ликвидируется, и экономика начинает работать на основе реальных, обеспеченных товарной массой денег. Поскольку экономика, структурированная "по-советски", создает относительно небольшой объем потребительских товаров, то денежная масса сразу начинает стремительно сжиматься. В итоге денежная масса уменьшается до уровня, при котором нормальное функционирование экономики невозможно. Ввиду общей нехватки денег прекращается финансирование всего что можно и нельзя. Начинается стремительное падение производства, ситуация сразу приобретает тенденцию к ухудшению. Платежеспособный спрос населения постоянно снижается, что усугубляет и без того тяжелое положение. Наращивание денежной массы ведет к росту цен. Жесткое регулирование объема денежной массы в обороте обостряет общую нехватку денег. Разваливается бюджет. Разваливаются системы жизнеобеспечения государства. Разваливается буквально все. "Реформы" заходят в тупик.

Одним словом, за годы "реформ" произошло все то, что и должно было произойти. Все было вполне предсказуемо. Вывод: проблему нехватки денег в нашей экономике преодолеть невозможно – она встроена в саму структуру имеющейся в нашем распоряжении экономической системы. Почему же молчали экономисты? А они не молчали. Просто экономически безграмотные "реформаторы" оказались неспособны их понять.

Так, известный экономист В.М. Якушев писал еще в 1989 году: "Рубли в отношениях между предприятиями играют роль не денег, а учетных единиц ("счетные деньги"), с помощью которых опосредуется обмен деятельностью и ведется учет затрат труда. Мы имеем два типа денег: "трудовые" и "счетные" и это наша реальность. Их нельзя смешивать, а тем более переводить "счетные" в "трудовые". Работники плановых и финансовых органов невольно учитывают данное различие и настаивают на том, чтобы в фонды материального стимулирования не переводились деньги с других статей расходов. Но это различие не признается экономистами товарной ориентации, и они, вместо того чтобы понять, почему практики так поступают, обвиняют их в недомыслии и невежестве, забыв, что практика – это критерий истины. Сейчас в фонды материального поощрения стали обильно переводиться "счетные" деньги. И вот результат – финансовая система практически дезорганизована".

Он был прав. В то время об этом писали многие. К сожалению, управление экономическими процессами попало в руки псевдоэкономистов, чья квалификация, мягко говоря, оставляла желать лучшего. Они до сих пор ничего не поняли и ничему не научились. А что нужно было сделать, чтобы остановить разрушение экономики? Вновь привести финансовую систему в соответствие с экономической структурой, то есть восстановить барьер. Тот же Якушев справедливо писал: "Упорядочить финансовые отношения можно, только перекрыв перелив "счетных" денег в "трудовые". Но это не согласуется с самофинансированием, которое поощряет такой перелив, будучи основано на том представлении, будто мы имеем дело с обычными товарными деньгами". Напомним, что мы говорим об экономике СССР как об общем примере. Все, что сказано в отношении экономики бывшего Союза, верно и для его составных частей, поскольку вся советская экономика выстраивалась по единой схеме. Именно из этого и надо исходить.

Итак, до 1929 года СССР представлял собой экономически отсталую страну, около 85% населения которой проживало в сельской местности. В 1929 году в стране начался экономический рывок – индустриализация. Собственно говоря, именно с этого момента и начала создаваться советская экономика. Поскольку денег для финансирования индустриализации в стране не было, руководство страны нашло парадоксальное, но эффективное решение: деньги были жестко разделены на две сферы использования – наличную и безналичную. Сфера действия наличных денег в такой системе обслуживает непосредственные потребности населения. Безналичные же здесь, собственно, деньгами не являются, а служат счетными единицами, при помощи которых происходит распределение материальных ресурсов. При устранении барьера между этими двумя сферами денежная масса в обороте сжимается до такого объема, при котором функционирование экономической системы становится невозможным. Она начинает разваливаться физически. Именно это произошло в ходе "реформ".

Марксистская идеология запутала всех

"Странности" новой экономической и соответствующей ей финансовой системы ставили в тупик еще основателей советского государства и экономистов 20-х – 30-х годов. Они понимали, что строят какую-то небывалую в истории экономическую систему, подобной которой еще не было. На то, чтобы осмыслить ее, они потратили немало усилий. Проблема заключалась в том, что в качестве официальной идеологии в СССР был принят марксизм. Но ведь и сам Маркс в экономической части своего учения исходил из реалий западной экономики, причем XIX века. Маркс считал такую экономику единственно возможной, которая должна быть создана во всем мире. Преобразование мира он видел в пути изменения отношений собственности, но именно в рамках экономики западного типа.

Таким образом, выстраивая экономику, не имеющую ничего общего с западной, коммунисты вступали в неразрешимое противоречие с самим Марксом! Такого, разумеется, нельзя было допустить. Поэтому весь период существования СССР советские экономисты пытались увязать советскую практику с марксизмом. Получалось это плохо. Точнее, не получалось вообще. Насколько трудно это было сделать, можно судить уже по тому, что первый учебник полит­экономии удалось подготовить после тридцати лет дискуссий, только в 1954 году, уже после смерти Сталина! Академик К. Островитянов писал в 1958 году: "Трудно назвать другую экономическую проблему, которая вызывала бы столько разногласий и различных точек зрения, как проблема товарного производства и действия законов стоимости при социализме". При этом то, что советская экономическая система все дальше уходит от марксизма, понимал и сам И. В. Сталин. Он говорил сподвижникам: "Если на все вопросы будете искать ответы у Маркса, то пропадете. Надо самим работать головой".

Известный исследователь Сергей Кара-Мурза пишет: "Сталин, видимо, интуитивно чувствовал неадекватность трудовой теории стоимости тому, что реально происходило в хозяйстве СССР. Он сопротивлялся жесткому наложению этой теории на реальность, но сопротивлялся неявно и нерешительно, не имея для самого себя окончательного ответа". Проблема в том, что задача построения новой экономики решалась как сумма сиюминутных ответов на текущие вопросы. Теоретического обоснования найденное решение не имело ни тогда, ни впоследствии. Обоснование было по преимуществу идеологическим. Идеологическое давление запутало всех, экономистов в том числе. В результате советская экономическая наука катастрофически отстала от советской же реальности. Сейчас нам приходится пожинать плоды этого отставания. Тем не менее хотя теоретические воззрения в СССР были устаревшими, практика все же дала вполне реальные плоды. И именно это нам следует иметь в виду в первую очередь.

Надо осмыслить систему

Зачем мы погружаемся в историю создания нашей экономики? А вот зачем. Имеющаяся в нашем распоряжении экономическая система – это экономика бывшего СССР, пусть даже какая-то часть ее. Эта экономическая система обладает определенными, присущими только ей характеристиками. Мы хотим реформировать эту систему? Прекрасно. Но для этого мы должны предварительно изучить ее, установить, каковы ее параметры, ее признаки и как она работает. Только на основе такого анализа мы и можем разработать реальный курс экономических реформ. Для того чтобы усовершенствовать какой-то объект, мы должны сначала понять, что этот объект из себя представляет. Наш объект – экономика. А о том, что наша экономика представляет собой, мы не имеем никакого понятия. Можно ли при таком положении вещей вообще хоть что-то реформировать?

Российский экономист Гавриил Попов, характеризуя советскую экономику, в свое время назвал ее "командно-административной системой". С тех пор это выражение так и кочует по страницам печати и даже входит в учебники экономики, написанные в последние годы на скорую руку. На самом деле "командно-административная система" – это всего лишь штампованное выражение, не несущее никакого конкретного содержания. Ведь на самом деле советская экономика была реально работающей экономической системой. Она успешно функционировала в течение многих десятилетий, причем в исключительно тяжелых исторических обстоятельствах. Эта система вывела СССР на уровень второй сверхдержавы мира. Здесь был создан достаточно высокий уровень жизни, высокий уровень социального страхования и социального обеспечения. Были достигнуты многие другие выдающиеся успехи. И существовала эта система за счет реального производства, а не за счет экспорта ресурсов.

А взгляните на другие незападные страны. Известный британский экономист Джон Росс пишет: "В 1913 г. ВВП на душу населения страны, ставшей впоследствии СССР, составлял примерно 25% величины ВВП на душу населения будущих стран ОЭСР. К 1970 г. ее ВВП на душу населения уже составлял примерно 50% ВВП на душу населения этих стран. За этот же период средний доход ВВП Латинской Америки, который в 1913 г. находился на уровне, сравнимом с доходом будущего СССР, увеличился всего лишь с 25% до 28% в сравнении с доходом стран ОЭСР. Доход ВВП на душу населения стран Азии (за исключением Японии) увеличился с 12 до 18% по отношению к доходу стран ОЭСР за тот же период". Причин, по которым Советскому Союзу удалось добиться таких экономических успехов, штампованное выражение "командно-административная экономика" не объясняет. Это всего лишь ярлык. Совершенно бессодержательный, кстати. Для того чтобы реформировать эту систему, необходимо осмыслить ее, вскрыть принцип ее работы.

Колумб как коммунист

Имеющаяся в нашем распоряжении экономическая система – это экономическая система бывшего СССР. Другой у нас нет. Преобразовывать ее мы можем исходя только из нашей реальности. Наши же "реформаторы" исходят из реальности чужой – западной. Они берут нашу экономику и пытаются управлять ею так, как будто это западная экономика. Хотя на самом деле наша экономика не имеет с последней ничего общего. Уже давно все провалено, и система походит к последней грани. Однако наши руководители до сих пор не признают провала, выдавая за успехи частные достижения, которые на самом деле – капля созидания в море разрухи.

Проводимая экономическая политика, разумеется, обречена. Ее все равно придется менять. Просто потому, что проводить ее дальше станет физически невозможным. Правда, менять ее придется в крайне тяжелых условиях. И тут важно знать следующее. В рамках советской экономической системы были созданы методы, используя которые можно добиваться значительных успехов при ограниченных производственных, технических, трудовых и ресурсных возможностях. Изучение этих методов исключительно важно для нас. Наш производственный потенциал – микроскопический по мировым меркам, трудовых ресурсов у нас мало, даже сырья у нас немного – все продано, хвалимся нефтью, но своих крестьян даже ГСМ обеспечить не можем. Такую экономику, как на Западе, основанную на использовании трудовых и сырьевых ресурсов всего мира, мы не сможем построить никогда. Нам следует исходить из своих возможностей. А они крайне ограничены, что бы ни говорили страдающие манией величия наши политические деятели. Ограниченность наших возможностей прямо диктует, что на вооружение нам следует брать отвечающие нашим возможностям методы управления экономикой.

Пусть Советского Союза уже нет, но никто не возбраняет нам воспользоваться разработанными в нем методами, созданными специально для экономик с ограниченными возможностями. Вызывает сожаление, что советский опыт до сих пор по-настоящему не изучен и не проанализирован. Исследователей сбило с толку, что идеологическим обоснованием создания советской экономической системы было построение коммунизма. На самом деле, хотя коммунизм в СССР не построили, тем не менее оригинальную и дееспособную экономическую систему создали. Колумб, между прочим, тоже плыл в Индию, а открыл Америку. Но никто не делает на этом основании вывод, что Америку надо "закрыть". Почему же советскому опыту отказано в изучении и осмыслении, хотя он имеет огромную научную и практическую ценность? Почему у советской экономической системы рассматриваются только ее слабые стороны, но полностью игнорируются ее сильные стороны?

Изменить финансовую систему

Разумеется, нет ни возможностей, ни необходимости полностью копировать те методы управления экономической системой, которые существовали в СССР. Все-таки они были созданы в конкретных исторических условиях как ответ на проблемы, существовавшие тогда. Сейчас времена совсем другие. Но мы вполне можем взять из советского опыта то, что сохраняет свою ценность и сегодня. А то, что устарело или стало ненужным, просто отбросить. Одна из главных проблем нашей экономики – общая нехватка денег в ней. Нехватка эта такова, что становится невозможным даже просто сохранять экономическую систему в дееспособном состоянии. Она просто разваливается физически. Разваливаются все без исключения системы жизнеобеспечения государства. Это грозит полным крушением экономики. Но власти не могут найти решение этой проблемы, поскольку не понимают, что происходит в экономике.

Реально мы имеем в своем распоряжении экономическую систему, по своим структурным характеристикам не имеющей ничего общего с характеристиками экономик других стран. Главная ее особенность – относительная неразвитость потребительского сектора. Потребительской продукции здесь производится сравнительно немного. Зато имеется большой объем производственных и жилых помещений, значительная инфраструктура, мощные системы жизнеобеспечения и многое другое, без чего государство существовать не может.

Как известно, главное требование к стабильной работе экономики – создание равновесия между товарной и денежной массой. Однако к экономике, структурированной "по-советски", это не относится. Здесь потребительский сектор экономики непропорционально мал, а все остальные сектора непропорционально велики. Когда в такой экономической системе денежная масса входит в равновесие с товарной массой, она сжимается до такой величины, при которой существование системы становится невозможным. Эта проблема возникла в 30-е годы. Решение же было найдено в том, чтобы каналы денежного обращения были жестко разделены на обслуживающий потребительский сектор и другие. И разные каналы обращения не должны пересекаться между собой. Именно такую систему нам следует восстановить, как единственно соответствующую структуре нашей экономики.

Итак, одна из самых главных проблем, стоящих перед всеми странами СНГ – катастрофическая нехватка денег в экономике. Денег не хватает даже для простого воспроизводства основных фондов. Ввиду отсутствия средств начинают тотально рушиться все системы жизнеобеспечения государства. У этой проблемы есть свои причины. Есть и способы ее решения. Однако, по непонятным причинам среди наших экономистов утвердилось мнение, что в мире возможна только одна экономическая система – западная, соответственно, только одна финансовая система. А чтобы получить такую экономическую систему, достаточно изменить форму собственности. Это убеждение граничит с шизофренией.

Ведь хорошо известно, что такая экономика, как на Западе, только на Западе и существует. И больше нигде. В мире нет и уже не будет другой такой экономики. И даже пытаться построить некое ее подобие бесполезно. Все равно не получится. Западная экономика потребляет две трети всех добываемых в мире ресурсов, а на обеспечение ее потребностей гнет спину почти полмира. Кому еще под силу так организовать экономику планеты? Приспособление всей планеты, стран и народов для обеспечения своих нужд – условие его существования. Глобальная политика Запада по необходимости нацелена на то, чтобы сохранять такое положение вещей неограниченно долгое время. То есть сохранять такую ситуацию, когда весь земной шар – его сырьевая база, а незападные страны – его трудовые ресурсы и рынок сбыта.

Сказка про некую "рыночную экономику", создающую высокий уровень жизни, рассчитана на простаков и невежд. На самом деле высокий уровень жизни на Западе создает не рыночная экономика как таковая, а возможность эксплуатировать всю планету. Конечно, есть и незападные страны, добившиеся экономических успехов. Но эти страны сумели выработать свою, адекватную национальным условиям экономическую политику. Западу подражать они даже не пытались.
Примером тут могут служить Китай, Вьетнам и некоторые другие государства. Зато взгляните, в каком чудовищном упадке находятся страны СНГ. Вывод из сказанного прост – нам следует разрабатывать методы управления экономикой, отвечающие именно нашим конкретным условиям.

Слепой ведет слепого

Оригинальная экономическая система, добившаяся выдающихся успехов, была создана в Советском Союзе. Эта система была безосновательно объявлена несостоятельной и отвергнута без малейших на то оснований. Было совершенно упущено из виду, что нравится это кому-то или не нравится, но другой системы в нашем распоряжении просто нет. Следовательно, надо было внимательно изучить эту систему и выяснить, в каком режиме она может работать, а в каком нет. И только на основании таких исследований следует разрабатывать реальную программу реформирования нашей экономики. Таких исследований, однако, наши реформаторы проделать не смогли и даже не пытались. Они руководствовались принципом "пойдем туда, не знаем куда". Соблазненная ни на чем не основанными обещаниями будущего процветания, значительная часть населения слепо ринулась за ними. Плохо, когда слепой ведет зрячего. Но гораздо хуже, когда слепой ведет слепого. Сейчас наверное всем понятно, что мы зашли в полный тупик. И выход из этого тупика мы должны найти. Сегодня мы стоим перед необходимостью вновь пересмотреть все, что было сделано за годы "реформ".

Одна из главных причин провала "реформ" – полный развал финансовой системы. Причины этого известны. Коротко повторим их. В СССР был относительно неразвитый потребительский сектор экономики. В 1929 году (с начала индустриализации) в виду отсутствия денег для проведения масштабных преобразований нашли нестандартное, парадоксальное решение проблемы: деньги разделили на наличную и безналичную сферы обращения. Наличные деньги в такой системе обслуживают платежеспособный спрос населения. Остальная экономика работает на основе безналичных денег, которые, собственно, являются не деньгами, а счетными единицами. Когда барьер между двумя сферами обращения устраняется, денежная масса сжимается до размеров товарной массы. А так как экономика, структурированная по-советски, создает относительно небольшой объем товарной массы, то объем денег в ее обороте сжимается до такой степени, что существование самой системы становится невозможным. Наступает так называемый монетарный кризис.

Вообще-то, под монетарным кризисом понимают такую ситуацию в экономике, когда товарная масса существенно больше, чем денежная масса, способная ее обслужить. В нашем конкретном случае мы должны расширить это понятие до масштабов всей экономики: наша экономика физически разваливается из-за нехватки денег. Разваливаются системы жизнеобеспечения, инфраструктура, жилой и основные производственные фонды. Денег, чтобы остановить развал, в экономике нет. А вывод из всего сказанного прост: необходимо жестко отделить сферу обращения денег, обслуживающих потребности населения, от денег, обслуживающих экономическую систему. Это вытекает из самих структурных характеристик экономической системы, имеющейся в нашем распоряжении.

Реформа Либермана

Для читателей, далеких от экономических проблем, подобное утверждение может показаться даже странным. Однако на самом деле ничего необычного в нем нет: в кругах специалистов эти вопросы дискутировались в течение многих десятилетий. Дело в том, что советская экономическая система существовала слишком недолгий срок и в слишком тяжелых исторических условиях. В результате теоретически она толком не была осмыслена даже в советский период. А "реформаторы" ничего в ней и не пытались понять, они действовали по принципу "ломать – не строить". В результате сейчас мы имеем дело с экономикой, в принципах работы которой сами ничего толком не понимаем. Наша экономическая наука отстала от нашей же реальности. Это ненормальное положение давно следует исправить.

Впрочем, серьезные наработки в области исследования финансовой системы советского типа имеются. Их надо тщательно проанализировать. Впервые принципы работы нашей финансовой системы стали широко дискутироваться в середине 60-х годов, во время обсуждения экономической реформы 1965 года, так называемой "косыгинской реформы". Обсуждение началось в 1962 году со статьи в "Правде" харьковского профессора Евсея Либермана. Экономисты резко разделились на сторонников и противников реформы. На страницах экономической прессы шла настоящая война. Обсуждение зашло в тупик. В конце концов Алексей Косыгин, пользуясь своей властью предсовмина, просто ввел ее волевым порядком. При всем уважении к Алексею Николаевичу должны признать, что решение это было ошибочным.

Что же предлагала "косыгинская реформа" (на Западе ее называют "реформа Либермана")? Видный российский экономист В. М. Якушев так характеризует ее: "Предполагалось, что если предприятия смогут переводить часть прибыли в свои фонды поощрения, то это решит проблему стимулирования труда, обеспечит снижение издержек производства и заинтересует коллективы в напряженных планах. Но случилось иное". А что же "иное" произошло? Коротко говоря, реформа 1965 года прежде всего стала расшатывать именно финансовую систему страны, а за ней и всю экономику. Барьер между наличными и безналичными (счетными единицами) деньгами, который раньше жестко сохранялся, стал ослабевать, т.е. то, что служило исключительно целям учета, начало превращаться в средство обращения! Негативные последствия не заставили себя долго ждать. На руках у населения и на счетах предприятий стала накапливаться необеспеченная денежная масса. Хозяйственные единицы оказались заинтересованы не в увеличении выпуска продукции, а в наращивании прибыли, начала нарастать дезорганизация хозяйственного механизма и т.д. В результате к началу 80-х годов страна подошла к экономическому кризису.

Рост тарифов – не выход

Именно "косыгинская реформа" ввергла СССР в то, что впоследствии было названо "застоем".
"Многие ученые уже тогда предупреждали о негативных последствиях такого решения. Но их предупреждениями пренебрегли" (Якушев). Когда же началась "перестройка", то "реформаторы", вместо того чтобы восстановить нормальную для данной экономической структуры финансовую систему, наоборот, убрали последние барьеры между наличной и безналичной денежными массами. Это привело к катастрофе. Именно поэтому "реформы" 90-х серьезные исследователи сразу окрестили "ухудшенным вариантом реформы 65-го года". Стратегическая ошибка в экономической политике была совершена еще в 1965 году. В 90-е годы "реформаторы" только ухудшили положение. Если экономика еще не полностью развалилась, то только потому, что какие-то осколки прежней финансовой системы сохранились – бюджетная сфера, отдельные государственные программы и другое. Кроме того, начали действовать некоторые сектора экономики, способные функционировать на основе самоокупаемости, выросла самозанятость, появилась "челночная" торговля и т.д. Но долго такая ситуация сохраняться не может. Если не изменить экономическую политику – распад системы не остановить.

Что из всего этого следует? Экономика бывшего СССР просто не может работать на основе финансовой системы западного типа. Там в общем случае количество денег в экономическом обороте должно соответствовать массе реализованных товаров (количественная теория денег). Проще говоря, экономика там финансируется из потребительского сектора. В силу структурных особенностей, экономика советского типа не может создать необходимое количество товарной массы. Следовательно, необходимо привести финансовую систему страны в соответствие со структурными характеристиками нашей экономической системы. Иначе говоря, должны быть созданы два финансовых сектора. Один обслуживает потребности населения, другой – экономическую систему как целое. Сфера действия этих секторов не должна пересекаться. Точно к таким же выводам сейчас пришли экономисты во всем СНГ. Так, известный российский исследователь Сергей Кара-Мурза пишет: "В СССР была финансовая система из двух "контуров". В производстве были безналичные деньги. На потребительском рынке – "нормальные" деньги. Их масса регулировалась в соответствии с массой товаров. Это позволяло поддерживать низкие цены и не допускать инфляции. Такая система могла действовать лишь при запрете перевода безналичных денег в наличные". Необходимость реорганизации финансовой системы сейчас понятна любому серьезному исследователю.

Как это будет действовать на практике? Простой пример. Сейчас всем известно, что энергетика у нас находится в критическом состоянии и грозит рухнуть в ближайшие два года. Власти пытаются спасти положение, бесконечно вздувая тарифы. Но вырученных денег все равно ни на что не хватает. На самом деле наше население никогда не сможет финансировать отечественную энергетику – денег у него слишком мало. Поэтому тарифы нужно не повышать, а снижать. А финансирование энергетической отрасли должно взять на себя государство по специальным финансовым каналам, жестко изолированным и предназначенным только для конкретных целей. Средства же населения должны изыматься исключительно для оплаты труда работников отрасли.

То же касается и тепло-, водо-, газоснабжения, инфраструктуры и многого другого. А взваливать все расходы на плечи населения бессмысленно и бесполезно – оно все равно их не потянет. В этом случае мы и экономику не спасем, и население разорим. Разумеется, в реальности все обстоит гораздо сложнее, чем это можно изложить в газетной публикации. Но мы надеемся, что нам удалось хотя бы в общих чертах дать читателям представление о том, на каких принципах должна функционировать наша финансовая система.

Автор: Курман Ахметов, источник: казахстанская газета "Свобода Слова" № 1 (145), № 2 (146) и № 3 (147) – январь 2008 года.

Финансовая система Советского Союза.1
lopuhsurepkin
09.05.13 10:14
http://www.warandpeace.ru/ru/analysis/view/79788/
В СССР был разработан метод создания экономики, развитой больше, чем позволяет платежеспособный спрос населения. Этот ценный опыт открывает перед экономикой не только СНГ, но и других стран новые перспективы и еще ждет своего изучения и осмысления.

Вопрос о финансовой системе – один из самых сложных даже для специалистов. Тем более трудно понятным языком изложить его для широкой публики, от проблем экономики весьма далекой. Тем не менее мы сегодня постараемся в общих чертах объяснить, почему развалилась финансовая система Казахстана и других стран СНГ. Необходимость этого диктуется особой важностью данной проблемы для всех. Также мы попытаемся объяснить, что нам, собственно, нужно делать, чтобы возродить экономику. Чтобы избежать излишней детализации, наши пояснения будут делаться на примере экономики СССР. Дело в том, что вся экономика Советского Союза строилась примерно по одной схеме. Закономерности, присущие единому советскому комплексу, верны и для отдельных его частей. Поэтому то, что было верно для СССР, легко экстраполировать и на его составляющие. Определенные различия, конечно, есть, но принципиально они ничего не меняют. Все, что мы покажем на примере бывшего Союза, верно и для каждой из стран СНГ.

Победить или погибнуть

Вы когда-нибудь задумывались, уважаемый читатель, сколько денег может обращаться в рыночной экономике? Наверняка, нет. Между тем, объем денег, находящихся в обороте, хорошо известен науке и описывается так называемым элементарным тождеством количественной теории денег: MV = PQ. (Есть и более сложные формулы, но возьмем самую простую). В переводе на человеческий язык эта формула означает: масса денег, умноженная на скорость обращения, должна равняться массе реализованных (проданных) товаров, выраженных в ценах. Иначе говоря, на какую сумму продано товаров в экономике, ровно столько должно в ней обращаться и денег. Скажем, если в экономике продано товаров на миллиард, ровно на миллиард в ней и должно обращаться денег. А если товаров продано на сто миллиардов, то обращаться денег должно именно на сто миллиардов. Если обращается больше – это уже инфляция. Если меньше, то (чтобы уравновесить обе части тождества) или наступает спад производства, или снижаются цены, или наращивается денежная масса.

Обратим внимание на одно обстоятельство. За исключением производств, финансируемых из бюджета, вся производственная сфера в рыночной экономике оплачивается из средств, вырученных от продажи потребительских товаров и перераспределенных вверх по вертикали. Скажем, если фермер покупает трактор, то, в конечном счете, стоимость этого трактора оплачивает потребитель хлебопродуктов. А если фирма выпускает станки, то производство этих станков в итоге оплачивает не тот, кто их купил, а тот, кто приобрел продукцию, изготовленную на этих станках.

В цену конечного потребительского продукта вложено все: и стоимость энергоресурсов, и транспортные расходы, и оплата сырья, и отчисления в бюджет, и многое другое. Банковское кредитование рассчитано на возмещение кредитов и процентов по ним из будущих доходов, полученных опять-таки от реализации потребительских товаров, т.е. и ссуды встроены в цену конечной потребительской продукции. В рыночной экономике потребительский сектор является доминирующим, и вся экономика базируется на нем. Любая рыночная экономика основана на личном потреблении, которое прямо связано с личным доходом граждан. Так – во всем мире. Так было и в СССР. Но на каком уровне? Известный исследователь Юрий Емельянов пишет: "К концу 1924 года промышленность страны производила крайне мало и лишь самую примитивную продукцию. Металлургия могла обеспечить каждое крестьянское хозяйство России лишь 64 граммами гвоздей ежегодно. Если бы уровень развития промышленности и впредь оставался на таком уровне, то крестьянин, купив плуг и борону, мог бы рассчитывать приобрести себе эти предметы еще раз только в 2045 году". Перед страной во весь рост встала задача: или переломить экономическую ситуацию, или погибнуть.

Революция в экономике

Понятно, что в экономике такой слаборазвитой страны оборачивалось крайне незначительное количество денег. Гибель государства казалась неизбежной. Рывок в экономике начался в 1929 году. Во время первой советской пятилетки, с 1929 по 1933 г.г., было построено около 1500 крупных промышленных предприятий и созданы целые отрасли, ранее не существовавшие: станкостроительная, авиационная, химическая, производство ферросплавов, тракторостроение, автомобилестроение и другие. Был создан второй промышленный центр за Уралом (первый – в европейской части страны), обстоятельство, в конечном счете решившее исход Великой Отечественной войны. Масштабные преобразования требовали колоссальных инвестиций. Но денег на инвестиции не было.

В первый год пятилетки промышленное развитие было профинансировано всего на 36%. Во второй год – на 18%. А к концу пятилетки финансирование упало до нуля. К 1937 году общее промышленное производство возросло по сравнению с 1928 г. почти в 4 раза. Получилась парадоксальная вещь: инвестиции сократились до нуля, а производство выросло в несколько раз. Добиться этого удалось при помощи способа, который в истории экономики еще не применялся: денежная масса была разделена на наличную и безналичную части.

Вообще-то, деньги не бывают наличными и безналичными. Наличной или безналичной бывает форма расчетов либо форма сбережений. Раздвоение денег в советской экономике на взаимно неконвертируемые части означало фактическое уничтожение денег как всеобщего эквивалента. Безналичные деньги в такой системе служат главным образом средством учета. По существу, это не деньги, а счетные единицы, с помощью которых происходит распределение материальных фондов. На это указывали давно и многие. Наличные деньги в советской экономической системе, так же как и безналичные, никакого отношения к реальным, обеспеченным товарной массой деньгам не имели и служили средством распределения материальных благ вне зависимости от реальной производительности труда.

В результате трансформации денежной системы советская экономика перестала быть зависимой от потребительского сектора. В рыночной экономике все накопления и, соответственно, инвестиции создаются из прибыли от реализации потребительских товаров и перераспределения по вертикали, и масштаб экономики расширяется по мере расширения потребительского сектора. В экономике советского типа, наоборот, именно потребительский сектор находится в подчиненном положении, т.е. начиная с 1929 г. советская экономика стала развиваться способом, прямо противоположным рыночному. В первую очередь стояла задача создания оборонного комплекса, затем машиностроения, механизации сельского хозяйства, создания жилищного хозяйства, электрификации и т.д. И только во вторую очередь производство потребительских товаров.

Гениальное решение

С тех пор так и пошло. В 1940 г. в СССР 39% всей промышленной продукции составляли предметы потребления. В 1980 г. ее удельный вес составлял 26,2%. В 1986 г. она составляла 24,7%. Потребительский сектор в СССР занимал не только крайне незначительное место, но и был неразвит чисто физически. Это означает элементарную нехватку соответствующих производственных мощностей: только около 13% всех производственных мощностей Советского Союза было занято выпуском потребительской продукции.

Мы знаем, что в общем случае масса денег в экономике равна массе всех реализованных товаров, выраженной в ценах. Иными словами, все зависит от масштабов развития потребительского сектора, т.к. все издержки встроены в цену конечного потребительского продукта. После 1929 г. отсталая советская экономика совершила рывок, и над потребительским сектором нависла не связанная с ним масса производств и инфраструктуры, простое финансовое обслуживание которых требовало денежной массы, многократно превышающую ту, что соответствовала имеющейся товарной массе.

Решение разделить денежную массу на две независимые сферы – наличную и безналичную – было, бесспорно, гениальным. Оно позволило стране в кратчайшие сроки пройти путь, который при нормальном развитии процессов занял бы несколько столетий (в лучшем случае). Такое решение теоретически абсолютно неразрешимых проблем было единственно возможным в тех конкретно-исторических условиях, с теми производственными ресурсами, которые имелись в наличии, и при том уровне технического развития.


Это решение было найдено не сразу, а эмпирически, опытным путем. Созданная в СССР финансовая система не имела аналогов в истории. Она вступала в такой разительный контраст со всем опытом, накопленным экономической наукой к тому времени, что потребовалось целое идеологическое, а не научное обоснование ее внедрения. В результате принципы работы советской финансовой системы были так закамуфлированы идеологическими построениями, что они толком не осмыслены до сих пор. Рывок в экономике привел к полному изменению ее структуры и созданию соответствующей финансовой системы. Он задал такое направление развития, при котором не экономика развивается в соответствии с ростом личного потребления, а наоборот, потребление растет вслед за возрастанием возможностей экономики.

"Перевернутая" экономика

В экономике, структурированной "по-советски", потребительский сектор вообще не является экономически значимым. Изменения в личном потреблении здесь влияют на экономику в ограниченном объеме. Отчаянная борьба за создание оборонного комплекса в 30-е годы, вторая мировая война, необходимость преодолевать послевоенную разруху и гонка вооружений закрепили ситуацию. К тем же результатам вела и необходимость форсированно повышать уровень жизни населения в 50 – 70-е годы. В этом наша главная особенность: мы имеем экономику, способную производить объем потребительской продукции, эквивалентный одной денежной массе, и при этом сумму производств, инфраструктуру и системы социального обеспечения, финансовое обслуживание которых требует другой, более значительной денежной массы. Причем вторая многократно превышает первую.

Кроме того, потребительский сектор и вся остальная экономика у нас, как правило, почти не связаны между собой. Переток финансов здесь в целом исключен, даже если денег в экономику будет влито больше чем достаточно. При советской системе эту проблему удавалось решать, жестко разделив два сектора финансовой системы и в плановом порядке распределяя денежные (наличные и безналичные) потоки. И необходимость этого была продиктована не марксистской теорией, в ней ничего подобного нет. Она предопределена самими структурными характеристиками созданной в СССР после 1929 года экономической системы.

Советская финансовая система выглядит парадоксальной с точки зрения западных экономистов. Они просто не смогли понять ее (и "реформаторы" тоже). Но реально она функционировала весьма успешно. Исторически у нас сформировалась экономика, структурированная прямо противоположно по отношению к западной, "перевернутая" в сравнении с ней. В эту "перевернутую" экономику мы пытаемся внедрить западную финансовую систему. Это абсурд. Невозможно иметь одну структуру экономики и финансовую систему, рассчитанную на совсем другую, прямо противоположную ей структуру экономики. Нельзя иметь структуру экономики "как у нас", а финансовую систему "как у них". Напомним, что экономики всех республик СССР строились именно таким "советским" способом – рывком и диспропорционально. Поэтому все они обладают схожими структурными характеристиками. Соответственно, их финансовые системы тоже обладают схожими характеристиками. Финансовые и вообще экономические проблемы для них примерно одинаковы. Иначе говоря, и финансовая, и экономическая политика стран СНГ должны осуществляться примерно одинаковыми методами.

Как мы указали, начиная с 1929 года (с начала индустриализации) советская экономика стала развиваться способом, прямо противоположным рыночному. Рыночная экономика базируется на личном потреблении граждан, а в СССР потребительский сектор был не основным, а подчиненным. Кроме того, советская экономика по необходимости строилась так, чтобы в ней никакой конкуренции и возникнуть не могло: строилось ровно столько предприятий, сколько нужно для потребностей экономики. Такая экономика исключает всякую конкуренцию по самой своей структуре. Таким образом, два главных определяющих признака экономики бывшего СССР следующие:

1) относительная неразвитость потребительского сектора;

2) практически полное отсутствие дублирования производственной деятельности (конкуренции) в структуре экономики.

Экономика, структурированная подобным образом, требует для обеспечения своего нормального функционирования и специфической финансовой системы. Ее суть в следующем. Деньги разделяются на наличную и безналичную сферы. Наличная обслуживает покупательную способность населения. Безналичные "деньги" – это по существу не деньги, а счетные единицы, при помощи которых в плановом порядке производится распределение материальных фондов.

Наши преимущества

В период "перестройки" такое экономическое устройство стало объектом шквальной критики со стороны "реформаторов". Однако серьезного анализа "реформаторы" так и не представили. В качестве аргументов они использовали в основном эмоции, а за истину выдавали факт критичности. Предложить что-то реальное они так и не смогли ни тогда, ни потом. Более того, некоторые из них – такие, как например академик Петраков, сейчас перешли на прямо противоположные позиции.

Физик, академик Юрий Каган с едкой насмешкой над "идеологами реформ" вспоминает: "В советские времена в Курчатовском институте я руководил семинаром, где выступали все ведущие экономисты, не имевшие тогда широкой трибуны, – Шаталин, Аганбегян, Заславская, Петраков, Шмелев, Абалкин. Они доказывали, что советская экономика ведет в пропасть. Я спрашивал у них: у вас есть идея, как перейти от того, что не нужно, к тому, что нужно? Они отвечали: мы не востребованы, вот когда нас востребуют, мы за месяц напишем нужную программу. Ну и что из этого вышло?"

На самом деле экономическая система, выстроенная в СССР, имела кроме всем известных недостатков и весьма значительные преимущества относительно экономики западной (рыночной). Преимущества эти заключаются в следующем:

1) Переход на раздвоенную финансовую систему позволил освободить эту экономику из-под ограничивающего воздействия платежеспособного спроса населения, и она получила возможность развиваться вне зависимости от него. В западной (рыночной) экономике такое невозможно. Там все зависит от платежеспособного спроса: он растет – экономика идет в рост, сокращается – в экономике спад;

2) Функционирование на основе безналичных денег (точнее, счетных единиц) исключило ситуацию, при которой развитие может быть заторможено из-за нехватки финансовых средств. Здесь все определяется чисто техническими возможностями. А такая вещь, как неплатежи или взаимозадолженность, здесь просто не может возникнуть, соответственно не может возникнуть и паралича экономики по этой причине;

3) Организационная структура экономики, исключающая конкуренцию, позволила ей, с одной стороны, выйти на индустриальный уровень развития, с другой – избежать чудовищной энерго-, ресурсо- и трудоемкости западной (рыночной) экономики. В противном случае индустриальной страной СССР не стал бы никогда: он просто не смог бы преодолеть барьер энерго- и ресурсоемкости;


4) Централизованная система управления экономикой позволила концентрировать все усилия, ресурсы и средства на избранных направлениях, причем делать это оперативно, не дожидаясь, пока это произойдет в результате перетока средств вследствие изменения рыночной конъюнктуры, спроса и т.д.

По существу, в СССР был разработан метод создания экономики, развитой больше, чем позволяет платежеспособный спрос населения. Этот ценный опыт открывает перед экономикой не только СНГ, но и других стран новые перспективы и еще ждет своего изучения и осмысления.

[reposted post]Великие Луки -- город по пути на Север
Церковь Новгорода
schelkunov
reposted by lopuhsurepkin

Поездка на Крайний Север началась с автобуса Витебск-Великие Луки. Этим автобусом я уже ездил в январе 2017 года, когда мы встретились с петербуржцем Константином Карташовым в морозных Луках. Тогда в автобусе не работала печка, что при температуре за бортом -20 градусов было существенным недостатком.  Затем мы с Костей поехали дополнительным поездом В. Луки — С. Петербург по Бологое-Полоцкой железной дороге. Тепловоз состава тогда сломался в тверской глуши, но это другая история и она описана у Константина.



В этот раз было лето и ничего не сломалось. На границе российские пограничники привычно проверили наличие белорусского или российского паспорта у пассажиров. Обладателей других паспортов последние года два здесь не пропускают.


Read more...Collapse )

К вопросу об использовании удушающих газов при подавлении Тамбовского восстания. 3
lopuhsurepkin
A так и не использованные, всеми забытые баллоны и химснаряды продолжали мирно храниться в арткладовой 2-го боеучастка, в Рассказово, по улице Советской в церковной ограде[131]. Когда читаешь рапорт об инспекторской проверке склада, воображение невольно рисует немного ленивую, патриархальную картину. Под неярким сентябрьским солнцем в пыли копошатся куры, по своим насущным делам, неспешно, следуют люди, проходя мимо склада, где хранится «смертоносное химическое оружие», рядом с которым, в тени, облокотившись на винтовку, похрапывает часовой.

«…Химические снаряды находятся в отдельном помещении, каковое состоит из двух этажей. Внизу хранятся снаряды и баллоны, a вверху живут люди, так, что около склада все время марширует взад и вперед частная публика.

Противопожарные средства отсутствуют.

Караул высылается гарнизоном и таковой стоит не на должной высоте. При осмотре склада с винтпатронами и пироксилиновыми шашками часовой оказался спящим.

Все склады расположены в центре с. Рассказово…»[132]

Вскоре началось изъятие неиспользованных газовых снарядов из частей. В период с 18-го по 22 августа были сданы на склад 25 снарядов Белгородской батареи [133]. 12 сентября на запрос начартснаба Лифшица «…следует ли оставлять на 2-м боеучастке химснаряды и баллоны…»[134], Касинов отвечал, что таковые «…на участке оставлять не следует…»[135]. 16 сентября, на запрос указаний с ликвидируемого 6-го боеучастка «…как поступить с оставшимся имуществом артиллерийского снабжения…»[136], Лифшиц приказывает «…Все оставшееся артимущество надлежит сдать в Тамбовский Артсклад при сдаточных ведомостях…»[137]. 5-й отдел ГАУ предписывал Артснабжению Тамбовских войск «….химснаряды, отпущенные Вам по наряду ГАУ №89232/1911 и баллоны с химгазами по наряду №1916 надлежит отправить: первые – в Шуйский Артсклад, a баллоны в Склад У.С. «Очаково» Московско-Киевско-Воронежской ж.д в 11 верстах от Москвы. О приеме означенного имущества в склады одновременно с сим делается распоряжение Мокарту…»[138]

К сожалению, не удалось выявить документов, проясняющих дальнейшую судьбу химических боеприпасов. Вероятно, предписание ГАУ было исполнено и газовые снаряды и баллоны отправлены по указанным адресам. По крайней мере, в дальнейшем упоминаний о них не встречается.

В заключение хотелось бы сказать несколько слов по поводу «запрещенности» газовых средств, каковой тезис неоднократно встречается в многочисленных обсуждениях Тамбовского восстания.

Действительно, до начала Первой мировой войны были подписаны соглашения и конвенции, предписывающие «не употреблять снаряды, имеющие единственным назначением распространять удушающие или вредоносные газы». Однако все эти соглашения были мгновенно забыты, как только развитие военной ситуации посулило достижение успеха в результате применения удушающих средств. Все «высокие договаривающиеся стороны», засучив рукава, моментально наладили промышленный выпуск отравляющих газов, каковыми травили друг друга с азартом, достойным лучшего применения. Таким образом, к концу Первой мировой войны сложилась ситуация, когда химические средства, запрещенные «де-юре», «де-факто» широко использовались. «…Газ был ужасным оружием, но он постоянно применялся во Франции с 1915 г. и все еще рассматривался как естественное приложение к войне…» [139] – писал в 1919 г. английский офицер Хадлстон Уильямсон, сотрудник военной миссии при ген. Деникине.

Как «естественное приложение в войне» рассматривался он и Тамбовским командованием, находясь в одном ряду с другими видами вооружений, каковые широко применялись при подавлении «антоновщины». О широком использовании аэропланов, бронепоездов и бронеавтомобилей, сыгравших основную роль в разгроме вооруженных сил повстанцев, известно не мало. Однако в тамбовских войсках имелись другие части, воевавшие более «экзотическим» оружием. Огнеметный взвод, минометный взвод ТАОН входили в состав 6-го боеучастка. Над Инжавино не раз поднимали в воздух на высоту 300-500м свои аэростаты бойцы 8-го воздухоплавательного отряда. Для обеспечения связи широко использовались радиостанции. Все это говорит о том, что армия применяла то оружие, которым владела. Удушливые газы были лишь одним из видов этого оружия.

Такова история «Тамбовских газов».

К вопросу об использовании удушающих газов при подавлении Тамбовского восстания. 2
lopuhsurepkin
Впрочем, одна «газовая атака» все же состоялась. Вопреки опасениям Шейдемана, что «…посланные баллоны останутся не использованы…»[75] применение им нашлось. Благодаря энергии и инициативе Тамбовского инспарта Касинова 26 июля командой курсантов московской Высшей военно-химической школы (Хожанков Михаил, Кукин Василий, Гаврилов Василий) под руководством начальника техчасти оной школы Ивонина Николая курсантам учебной артиллерийской команды 16-х Тамбовских пехкурсов были прочтены лекции по военно-химическому делу. A 27 июля в манеже Тамбовских кавалерийских казарм произведено «примерное окуривание», для какового и было израсходовано два баллона с хлором из числа поставленных[76]. Это была единственная известная «газовая атака».

Надо заметить, что рапорт Пуськова имел и другие последствия. Попав к командованию артиллерии особого назначения, которому рота подчинялась в административном отношении, этот доклад заставил его осознать, что химрота все-таки «единственная в своем роде часть в Республике» и озаботиться ее судьбой, каковой до этого уделялось явно недостаточное внимание. Результатом были письма в адрес Тамбовского командования (17 сентября)[77] и его инспарта (8 сентября)[78] приблизительно одинакового содержания:

«Сообщаю, что согласно доклада Командира Отдельной Химической роты недочеты, обнаруженные газотехником В. Пуськовым в химроте, расположенной в с. Инжавино Тамбовской губернии, в настоящее время в отношении условий помещения и снабжения красноармейцев роты устранены. Приношу сердечную благодарность за наблюдение и прошу впредь не оставлять ее без надзора.

Вместе с этим прошу при первой же возможности, как только позволит оперативная обстановка освободить химроту от того назначения, которое она в данное время выполняет и командировать в г. Москву, так как химрота, как единственная в своем роде часть в Республике, являющаяся двигателем и проводником новых идей в области химической борьбы, должна находиться в центре научной мысли в Москве и использование ея как стрелковой единицы неминуемо отражается на успехе подготовки роты и на постановке дела газовой борьбы в Республике.

Нач. АОН Военком НачштаАОН»

Командование не возражало, и 24 сентября химрота выбыла из состава войск Тамбовского командования и была отправлена в Москву на ст. Пушкино в распоряжение начальника штаба Московского военного округа[79]. На этом ее тамбовская одиссея закончилась.

Таким образом, в результате указанных организационных трудностей в проведении газобаллонных атак и, главным образом, кадрового дефицита, Тамбовское командование было вынуждено полностью отказаться от них.

Однако оставались еще химические снаряды, бывшие гораздо более гибким средством газовой борьбы. Как уже упоминалось выше, полученные химические боеприпасы были распределены между вторым и шестым боеучастками. Настало время их использовать.

Здесь следует заметить, что некоторые сведения об использовании газовых снарядов публиковались ранее. Например, Сенников в своей книге[80] приводил некоторые документы, которые широко цитировались во многих более поздних работах, посвященных Тамбовскому восстанию. Однако подлинность приведенных текстов вызывает серьезные сомнения. И дело даже не в том, что ознакомиться с подлинниками не представляется возможным, ибо Борис Владимирович ссылается на загадочный «архив автора», якобы найденный им под полом Зимней церкви Казанского монастыря в Тамбове, сколько в том, что сами тексты не выдерживают никакой критики. Например, на стр. 88 своей книги Сенников цитирует несколько рапортов:

Начальнику артиллерии войск Тамбовской губернии
Тов. Косинову
РАПОРТ
20 августа 1921 года.

Дивизион Заволжских артиллерийских курсов при операции в районе озера Рамза израсходовал 130 шрапнельных, 69 фугасных и 79 химических снарядов.

Начальник отдела Заволжского дивизиона артиллерийских курсов Михайлов


Начальнику артиллерии группы войск Тамбовской губернии
22 августа 1921 г. с. Инжавино.
ДОНЕСЕНИЕ

Августа 22 числа 1921 года артиллерийская бригада Заволжского В.О. в бою с бандитами израсходовала 160 шрапнельных, 75 фугасных и 85 химических снарядов.

Начальник артиллерийской бригады (подпись нрзб)

Следует сказать следующее:

1. Никакого «начальника артиллерии» в войсках Тамбовской губернии не существовало. Деятельность артиллерии курировал инспектор артиллерии войск Тамбовской губернии. Причем именно курировал, поскольку в оперативном отношении батареи подчинялись начальникам боеучастков или частей, к которым были приданы. Все командиры дивизионов и батарей не раз обращались с рапортами и донесениями к инспарту и прекрасно знали, кому они пишут, поэтому именовать инспектора «начальником артиллерии» никому из них просто не пришло бы в голову. Да и во всех других документах, такого обращения не встречается ни разу.

2. Не «Косинову», a Касинову. Должность тамбовского инспектора артиллерии занимал Сергей Михайлович Касинов. Об этом также были осведомлены командиры частей, тем более что все они были с ним лично знакомы.

3. Ни 20, ни 22 августа никакой «операции в районе озера Рамза» не проводилось, да и «боев с бандитами» с применением артиллерии в эти дни не было, посему никаких снарядов выпущено быть не могло.

4. Никаких «Заволжских артиллерийских курсов» в природе не существовало. В составе 2-го боеучастка Тамбовских войск действовала стрелковая бригада Заволжского военного округа (ЗВО, комбриг Гаевский) со своим легким артиллерийским дивизионом, обычно в документах именовавшемся «легартдив ЗВО» (комдив Смок Харитон Каятанович). Больше ничего «Заволжского» в губернии не было.

Кстати, учитывая то, что легартдив входил во 2-й боеучасток, странно выглядит его участие «в операции в районе озера Рамза», каковой район был зоной ответственности 6-го боеучастка, имевшего свою артиллерию.

5. Термин «фугасных» в документах тех лет не встречается вообще ни разу. Ни в тамбовских документах, ни в документах фондов ГАУ, ЦУС, Штаба РККА, ни в других таковой термин не используется. Фугасные снаряды в то время именовались «гранатами» для 3дм артиллерии, и «бомбами» для орудий более крупных калибров. Поэтому ни одному командиру-артиллеристу, да и не только артиллеристу, и в голову не могло придти написать «фугасных».

6. Ну и совсем уж несуразно выглядит термин «отдел» применительно к артдивизиону, в котором существовали разведка, связь, канцелярия, но чтобы «отдел»…

7. Фамилии Михайлов среди личных дел комсостава легартдива ЗВО, да и во всей Тамбовской артиллерии, равно как и в управлении инспарта нет.

8. Разумеется, никакой «артиллерийской бригады» в Тамбовской губернии, да и Красной Армии вообще, в то время не было.

9. Неясно также, почему начальник мифической артиллерийской бригады пишет свое донесение из Инжавино, где располагался штаб 6-го боеучастка, a не из Рассказово (или со ст. Сампур), из штаба 2-го боеучастка, которому и принадлежала артиллерия ЗВО.

Все вышесказанное не позволяет признать приведенные тексты соответствующими действительности.

Однако стрельба химснарядами все же велась. Правда в реальности это выглядело совсем не так эффектно, как описывается во многих работах. Известно всего две операции, где заранее планировалось применение газовых снарядов, причем в одной из них они так и не были использованы. Кроме того, выявлено два разрозненных эпизода артиллерийской стрельбы химическими боеприпасами. Этим исчерпывается история «Тамбовских газов».

Первый эпизод произошел в зоне 2-го боеучастка. После получения присланных химснарядов, командир легартдива ЗВО Смок (исполнявший кроме того и обязанности начарта) своим очередным донесением о движении боеприпасов сообщал инспарту Касинову, что «…за период 13 – 20 июля израсходовано 15 химических снарядов…»[81] (Рис. 3).

Рис.3. Рапорт начарта-2 Х.К. Смока о расходе боеприпасов артиллерией 2-го боеучастка за период 13-20 июля 1921 г.

Ни поводов, ни результатов этой стрельбы в донесении не указано. Представляется наиболее вероятным, что эти боеприпасы были выпущены в бою у деревни Смольная Вершина в ночь с 12 на 13 июля, по крайней мере, других столкновений с применением артиллерии в период 13-20 июля выявить не удалось. Оперативная сводка так описывает этот бой:
«…В 24 часа 12.07 банда до 200 сабель окружила и повела наступление на д. Смольная Вершина <…> После часового боя отбитая гарнизоном д. Смольная Вершина и подошедшим артвзводом и пулькомандой из д. Пахотный Угол, банда скрылась в западном и юго-западном направлениях. С нашей стороны ранено 2 красноармейца, Председатель сельсовета. Ранено несколько лошадей…

…По сведениям агентразведки, банда <…> понесла потери 20 убитых и 45 раненых…»[82].

Остается только гадать, что же заставило красноармейцев выпустить аж целых 15 удушающих снарядов. Увы, ничем, кроме чистого любопытства и желания узнать насколько эффективны новые боеприпасы, объяснить это невозможно. Вероятно, убедившись в невысокой действенности химснарядов, артиллеристы 2-го боеучастка больше нигде их не применяли, и указанные 15 снарядов исчерпали весь использованный газовый арсенал.

Несколько масштабнее выглядела артиллерийская стрельба в зоне 6-го боеучастка.

16 июля начарт 6 Родов докладывал инспарту Касинову: «…14 июля 22 часа белгородская конная батарея обстреляла лес что южнее озера Ильмень. Выпущено 7 шрапнелей и 50 химических снарядов…»[83] (Рис. 4).

Рис.4. Донесение Начарта-6 Радова об обстреле леса близ озера Ильмень 14 июля 1921 г.

Следует заметить, что, несмотря на то, что в этом донесении упоминается батарея, речь все же стоит вести о 2-м взводе оной. Дело в том, что 1-я Белгородская конная батарея постоянно дислоцировалась в селе Карай-Салтыково и 14 июля в боевых действиях не участвовала[84]. Чего нельзя сказать о ее взводе, который в начале июля был откомандирован в село Троицкое-Караул для усиления частей, проводивших прочесывание Семеновского и Пущинского лесов[85]. Вероятно, именно орудиями этого взвода и были выпущены упомянутые боеприпасы.
К сожалению, целенаправленные поиски причин, целей и результатов этой стрельбы не принесли никаких результатов. Ни в оперативных приказах, ни в сводках боевых действий, ни в донесениях командиров частей об этом артобстреле не сказано ни слова. Единственным документом, упоминающим данный обстрел, остается процитированное выше донесение. Остается только предполагать, что упомянутый обстрел мог являться составной частью операций, проводившихся в те дни в районе озера Ильмень.

Во-первых, 12-14 июля осуществлялась операция по очистке Семеновского леса силами рот красных коммунаров и Рязанских пехотных курсов. Крупных сил антоновцев выявлено не было, но места стоянок и землянки были обнаружены[86]. Возможно, обстрел был предпринят с целью спугнуть бандитов с «насиженных мест». Во-вторых, в эти дни силами «…батальона Калужских курсов и Автовзвода при 1-м орудии Белгородской батареи производилось обследование леса по берегам р. Вороны до оз.Рамза…»[87] При проведении подобных операций красные части не раз прибегали к предварительному артобстрелу лесов, где предположительно могли укрываться антоновцы. Возможно, этот метод был использован и на сей раз. Наконец, 13 июля в районе деревень Верхний Шибряй, Сергиевское, Выселки Гусевские произошел бой с объединенными силами Чернавского полка и отряда Ворожищева. Разбитые в результате этого боя антоновцы отступали в разных направлениях, в том числе и в лес близ озера Ильмень[88]. Дабы воспрепятствовать им укрыться в лесу мог быть предпринят и данный обстрел.

Увы, все вышесказанное относится лишь к области предположений. На сегодняшний день трудно сказать что-то более определенное. Единственное, что можно утверждать почти наверняка, так это то, что никаких серьезных результатов указанный обстрел не принес, ибо даже не удостоился упоминаний в оперативных сводках, как эпизод мало значимый.

Для обоих описанных случаев артсрельбы – частями 2-го боеучастка и обстрела леса южнее озера Ильмень – не выявлено документов, свидетельствующих о предварительно планируемой подготовке газового нападения. Оба этих эпизода выглядят скорее импровизацией командиров артчастей. Первой же и, пожалуй, единственной операцией, где газовый обстрел планировался заранее, была операция по очистке Паревского леса, проводившаяся в период в 1-го по 10 августа 1921 г. силами частей 6-го боеучастка.

Ранее, при проведении подобных операций, красные части не раз применяли метод обстрела занятых антоновцами лесов артиллерийским огнем, служившим некоторым подобием артиллерийской подготовки. Поскольку расположение повстанцев редко когда было известно в точности, огонь этот велся по разным участкам леса, «по площадям», в расчете, главным образом, не на материальное, a на моральное воздействие. И эта цель достигалась. Например, описывая операцию по очистке Богдановского леса, в которой впервые был использован этот метод, Мокеров пишет:

«… этот огонь, не нанеся больших потерь рассеянных в лесах бандам, произвел на них потрясающее моральное впечатление. Многие бандиты в одиночку и мелкими группами в результате артиллерийского воздействия стали выходить на опушки лесов и сдаваться…»[89]

При этом сетует на то, что

«.... к сожалению, артиллерия курсантского сбора, да и все прочие части не обладали химическими снарядами, использование которых могло бы дать действительно большие результаты, хотя бы даже только в моральном отношении…»[90]

Однако на сей раз этот недостаток был устранен. Красным частям представилась возможность узнать, действительно ли применение химических снарядов столь эффективно, как это им представлялось ранее.

В рамках подготовки к использованию газовых боеприпасов командирам артчастей и начальникам артиллерии боеучастков 22 июля была разослана инструкция Касинова – «Краткие указания о защите от удушливых газов и способы применения их»[91], в которой о стрельбе химснарядами говорилось следующее:

«…Химические снаряды могут применяться в тех случаях, когда газо-баллоный выпуск невозможен по метеорологическим или топографическим условиям, например: при полном отсутствии или чрезвычайно слабом ветре, если противник засел в лесах или за возвышением, в местах трудно доступных для газов, но имеющих то преимущество, что если туда попал газ, то он держится там упорно.

Виды и действия снарядов:

Химические снаряды разделяются на два типа:

1). Синие, начиненные удушливыми газами и сильно ядовитыми веществами (циановые соединения) действия чрезвычайно сильного, но кратковременного.

2). Красные, начиненные ядовитыми жидкостями, вызывающими слезотечение и воспаление слизистых оболочек глаз и носа более продолжительны (более суток, в зависимости от температуры воздуха). Сильный ветер (более 3 м/с), обильный дождь, ниже 15 градусов делают стрельбу недействительной.

Стрельба.

Каждый снаряд отравляет площадь 400-500 квадратных саженей, что служит основанием для расчета количества подлежащих выпуску химических снарядов…».

Несмотря на то, что Сергей Михайлович Касинов, несомненно, был очень грамотным артиллеристом и прекрасным командиром, однако следует признать, что при написании сей инструкции он ошибся. Разумеется, длительность действия «красных» (удушающих) снарядов «более суток» сильно завышена. Столь же сильно преувеличена и площадь (400-500 квадратных аршин)[92], отравляемая каждым снарядом. Однако комсостав артиллерии 6-го боеучастка состоял из не менее грамотных людей. Достаточно сказать, что многие из них являлись бывшими офицерами, окончившими такие солидные учебные заведения, как Михайловское и Сергиевское артиллерийские училища, успевшие повоевать на фронтах Первой мировой и награжденные боевыми орденами. Кстати, примечателен тот факт, что в личных карточках комсостава артиллерии 6-го боеучастка в графе ранения встречается запись «отравлен удушливыми газами». Не понаслышке знали о газах, например, начштаба артиллерии 6-го боеучастка Дмитрий Дмитриевич Репьев[93] и помощник комбата Саратовской батареи Меткалев Анатолий Григорьевич[94]. Ошибки Касинова были исправлены. Начартом 6 Родовым был составлен рапорт, вошедший в приказ по войскам 6-го боеучастка №43 от 28 июля 1921 г.[95]:

«…Для сведения и руководства объявляю краткие указания о применении химснарядов:

1. Химические снаряды применяются в тех случаях, когда газобаллонный выпуск невозможен по метеорологическим или топографическим условиям. Например: при полном отсутствии или слабом ветре, если противник засел в лесах, в местах труднодоступных для газов.

2. Химические снаряды разделяются на два типа: первые – удушающие, вторые – отравляющие.

3. Быстродействующие химснаряды употребляются для немедленного действия на противника; испаряются через 3-5 минут.

Медленно действующие – употребляются для создания непроходимой зоны, для устранения возможности отступления противника: испаряются через 15 минут.

4. Для действительной стрельбы необходим твердый грунт (т.к. снаряды, попадая в мягкую почву, не разрываются, и никакого действия не производят); местность лучше закрытая и поросшая негустым лесом. При сильном ветре и также в жаркую погоду стрельба делается недействительной.

5. Стрельбу желательно вести ночью. Одиночных выстрелов делать не стоит, т.к. не создается газовой атмосферы. Стрельба должна вестись настойчиво и большим количеством снарядов (всей батареей) для большего действия и создания эффекта. Общая скорость стрельбы не менее 3-х выстрелов в минуту на орудие. Сфера действия снарядов 20-25 кв. шагов. Стрельбу нельзя вести при частом дожде.

Стрельба невозможна, если до противника 300-400 шагов и ветер в нашу сторону. Весь личный состав батарей должен быть снабжен противогазами боевыми…»

Разумеется, «15 минут и 20-25 кв. шагов» гораздо ближе к истине.

После того как артиллерийские части получили соответствующие инструкции, штабом Тамбовских войск было принято решение использовать газовые боеприпасы при очистке Паревского леса.

В отличие от описанных выше двух эпизодов стрельбы химическими снарядами, весь ход этой операции хорошо известен. Во-первых, выявлено значительное число документов, освещающих эту операцию и, во-вторых, имеется очень подробное описание непосредственного ее руководителя Николая Николаевича Доможирова в статье «Эпизоды партизанской войны»[96].

Поводом для проведения этой операции послужили оперативные сведения особого отдела 1-го боеучастка о том, что близ озера Змеиное, в районе Паревка – Рамза – Карай-Салтыково, скрывается часть повстанцев, среди которых находятся не только видные антоновские командиры, но сам Александр Степанович Антонов со своим братом Дмитрием. Частям 6-го боеучастка 30 июля 1921 г. была поставлена задача уничтожить антоновцев[97].

Район предстоящего проведения операции представлял из себя

«…низкую котловину, шириною в 4-6 верст, длиною верст 12, ограниченную с запада крутым овражисто-лесистым берегом реки Вороны, с востока – широкой открытой равниной и рядом деревень: Рамза, Кипец, Пущино, Салтыково. Вдоль деревень в меридиональном направлении лежат глубокие озера, соединенные рукавами как между собой, так и с рекой Вороной. Внутри сплошное болото, поросшее густыми камышами в человеческий рост и ряд небольших островков, иногда лесистых («Сухие Дубки»). Тут же имеется и несколько незначительных озер: Змеиное, Ясное, Лебединое и др. Река Ворона вброд нигде не проходима, на севере, в наиболее узком месте котловины, расположена мельница Прокудина, с мостом через Ворону. Севернее, верстах в 4, находилось излюбленное место тамбовских бандитов, так называемая Тюремная или Золотая Клетка – лесистый островок, окруженный со всех сторон глубокой водой. На юге котловина заперта, при слиянии рек Карая и Вороны, имением Петрово-Соловово. Топография описываемой местности весенней водой меняется настолько, что даже местные жители не могли служить здесь проводниками…»[98] (Рис. 5)

Рис.5. Донесение Начарта-6 Радова об обстреле острова сев.-зап. С. Кипец от 2 августа 1921 г.

Таковая конфигурация района не требовала выделения значительных сил для непосредственно прочесывания. Для этой цели назначались три курсантские роты – красных коммунаров, курских и рязанских пехотных курсов и спешенный эскадрон Борисоглебских кавкурсов. Тогда как для оцепления выделялось значительное количество войск, причем кроме частей 6-го боеучастка привлекалась бригада ВЧК с 1-го боеучастка. Началось стягивание войск. Оперсводка №518 от 31 июля 1921 г. сообщала:

«…Для выполнения секретной операции выступили из исходных пунктов: из д. Архангельское-Балыклей … – Орловский пехотный эскадрон, из Архангельское-Карай …– рота Рязанских пехкурсов и Борисоглебский эскадрон из д. Козьмодемянское-Калугино …, две роты Владимирских курсов из села Трескино, рота Иваново-Вознесенского батальона, бригада Котовского в составе двух полков – из д. Архангельское…»[99]

Район был взят в плотное кольцо оцепления.

1 августа в окрестности озера Змеиное была выслана разведка, каковая не найдя антоновцев, тем не менее обнаружила на кочках оного озера оборудованный лагерь и позволила оценить численность окруженных повстанцев в 180-200 человек. К вечеру 1 августа цепь рот, назначенных для прочесывания «…остановилась на сухом месте, примерно на линии деревни Кипец-северная окраина Паревки; стоявшее сзади оцепление бригады ВЧК придвинулось вплотную к цепям…»[100] В ночь с 1-го на 2-e августа вдоль озер и по реке Вороне были высланы разведывательные лодки, которые показали, что антоновцы вновь находятся в лагере на кочках озера Змеиное. Таким образом, подготовительные мероприятия были закончены, и 2 августа началось прочесывание района.

1 августа 1921 г. штабом Тамбовских войск был отдан секретный оперприказ, выделяющий артвзвзвод с химснарядами для обстрела Паревского леса. В этот же день начальник оперотдела 6-го боеучастка по прямому проводу сообщал в штаб армии: «…взвод выступил и стоит на позиции, но еще в действие не применялся. По словам начбоеуч. Доможирова сегодня будет…», при этом уточнял, что для «…приведения в действие очевидно будет дана целая батарея…»[101] Речь шла о 1-й Белгородской конной батарее, дислоцировавшейся в Карай-Салтыково и оказавшейся в центре событий. Второй взвод этой батареи был срочно возвращен из села Караул. 2 августа начарт 6 Родов докладывал инспарту Касинову:

«…Взвод Белгородской батареи, 2 августа из Троицкое-Караул перешел в дер. Карай-Салтыково. Белгородская конная батарея оперзадачу в 8 часов 2 августа выступила на село Кипец, где и заняла позицию. В 16 часов, по острову, что с/з села Кипец был открыт огонь. Выпущено 65 шрапнелей, 49 гранат и 59 химических. В 20 часов батарея вернулась в Карай-Салтыково…»[102] (Рис. 6).

Рис.6. Схема района проведения операции по очистке Паревского леса 1-10 августа 1921 г. Копия иллюстрации, приведенной в статье Н.Н. Доможирова «Эпизоды партизанской войны» («Военный вестник», 1922. №5-6).

Оперсводка №519 сообщала:

«…2/8 взводом Белгородской батареи был произведен обстрел леса, что 4 версты западнее Козьмодемянское-Рамза, 8 верст с/в ст. Инжавино после чего отрядом в составе: роты краскомов, роты Рязанского батальона, роты Костромского батальона и роты Владимирского батальона было приступлено к осмотру леса…»[103]

Как и ранее, вновь был использован испытанный и хорошо себя показавший метод предварительной «артиллерийской подготовки» перед прочесыванием зарослей. Однако на сей раз уже с применением химснарядов, которые, как ожидалось, должны были бы «дать действительно большие результаты». Увы, надежды не оправдались. 2 августа курсантские роты, выделенные для прочесывания продвинулись с исходной линии Кипец – северная окраина Паревки до линии Кипец – северная окраина озера Змеиное, успев осмотреть лесистый остров «Сухие Дубки», по которому и велся огонь.

«…На Сухих Дубках курской ротой были найдены привязанными к деревьям три лошади с седлами; на последних имелись надписи А. Антонова, Д. Антонова и Вострикова. Серая лошадь, по всем приметам, принадлежала Антонову. В камышах в наши руки попало за день несколько бандитов, которые подтвердили, что в районе Змеиного озера находится главная группа бандитов, человек в 100, среди них и сам Антонов. Другая группа, человек в 80, отделилась и ушла на юг. Среди главной группы заметно течение к добровольной сдаче, но Антонов предупредил, что будет собственноручно расстреливать всякого, кто будет пытаться переходить…»[104]

То ли антоновцы успели выйти из-под обстрела, то ли их вообще не было на «Сухих Дубках», ни о каких понесенных ими потерях ни оперсводки, ни Доможиров не сообщают. Единственными трофеями были «три лошади», кстати, благополучно пережившие газовый обстрел. Что, впрочем, не удивительно, ибо «59 химических снарядов» было явно недостаточно, чтобы создать газовое облако необходимой концентрации.

Дальнейшее проведение операции Доможиров описывает так:

«…3 августа на 15 лодках (5 подвезено из района Инжавина) с пятью пулеметами охотники были посланы к озеру Змеиному, но ближе чем на 500-600 шагов банда их не подпустила оружейным и пулеметным огнем. К озеру можно было пробраться лишь в нескольких направлениях, тропами от лодок между камышами, которые и обстреливались бандитским огнем. Вторичная попытка наших смельчаков к вечеру этого же дня успехом также не увенчалась, вследствие чего к утру 4 августа из Инжавина были вытребованы трехдюймовая конная батарея Белгородского взвода, а из Тамбова – отряд аэропланов. Лодки ночью вновь пытались пробиться на Змеиное озеро; до рассвета шла оживленная перестрелка с обеих сторон, но бандиты засели крепко. Утром 4-го с опустившимся у Карай-Салтыково аэропланом были установлены условные знаки для корректирования артиллерийской стрельбы, и в 10 часов 6 орудий открыли огонь по району Змеиного озера. Аэропланы сбросили 10 бомб. Корректирование артиллерийского огня с аэроплана и корректирование с наблюдательного пункта были так связаны, что при малейшей попытке бандитов на лодках передвинуться из обстреливаемого района огонь сейчас же переносился им вслед. В это же самое время пехота сузила кольцо настолько, что осколки от гранат почти захватывали своих. Ночью конная батарея редким огнем все время тревожила банду…»[105] (Рис. 7).

Рис.7. Ход операции прочесывания Паревского леса 2-6 августа 1921 г. с указанием районов артобстрела.

В этом описании следует отметить некоторые неясные моменты.

Во-первых, Доможиров забыл упомянуть, что еще 3 августа 4 аэроплана производили воздушную разведку района проведения операции, причем один из них «…сбросил непосредственно на лету <бомбы> в замеченные лодки в 3-х верстах к югу от озера Змеиное, спустился вследствие темноты, a также за дополнительной ориентировкой в Инжавино…», a остальные «…улетели обратно в Тамбов…»[106] Об этом же сообщает оперсводка №521 от 4 августа: «…На озере Змеиное (12в. с/в ст. Инжавино) вечером 3/8 эскадрильей в составе 4 аэропланов было обнаружено несколько лодок, на которые брошено 12 пудов бомб. Замечены удачные попадания. Летчики возвратились в Тамбов…»[107] Впрочем, слова Доможирова подтверждаются разговором по прямому проводу, состоявшимся 4 августа между штабом армии и начоперупром 6-го боеучастка, в котором тот сообщал: «…Операция в районе озера Змеиное находится в фазисе артиллерийской подготовки, т.к. высокие тростники сильно затрудняют наблюдение, огонь ведется по площадям. Цель, видимо, уже покрыта, но результаты стрельбы может проверить только аэроплан….» и запрашивал: «…Полагаю, что операция закончится не ранее 5 августа, a потому необходима присылка 1-2-х аэропланов, из коих один хотя бы для корректировки артиллерийской стрельбы…»[108]

Заметим, что 4 августа артобстрел велся все же без корректировки, «по площадям».

Во-вторых, не совсем понятно, каким образом «трехдюймовая конная батарея Белгородского взвода» была «вытребована из Инжавина». Батарея эта в полном составе двух взводов находилась в Карай-Салтыково, из которого никуда не уходила. Остается только предположить, что под словами «вытребована из Инжавина» имеется в виду обращение в штаб 6-го боеучастка с просьбой отдать приказ батарее произвести обстрел района озера Змеиное.

Наконец, странно упоминание «6 орудий». Белгородская конная батарея имела в своем составе два взвода по два орудия. Всего 4 [109]. Вопрос нуждается в дополнительном исследовании.

Однако, как бы то ни было, 4 августа кочки озера Змеиного были обстреляны артогнем. Упоминаний о том, что этот обстрел осуществлялся с применением химических боеприпасов, не встречается. Вполне возможно, что они были использованы. Впрочем, это представляется мало вероятным. Во-первых, огонь велся по болоту.

«…Кочки Змеиного озера представляли интересную картину: между ними на довольно широком пространстве были перекинуты жерди, на жерди наброшены ветки, листья, палки, солома, вследствие чего и образовался как бы пол, и он настолько был крепок, что позволял совершенно свободную ходьбу и даже возведение некоторых построек: шалашей из тростника, походной камышовой церкви и т.д. В некоторых местах сквозь импровизированный пол были проделаны дыры и над водой в особых камышовых корзинках были опущены продукты – мясо, масло. Было даже два шалаша из камыша, накрытых дерном наподобие землянок. В нескольких шагах от этого настила были обнаружены кочки, на которые мы, к сожалению, не обратили должного внимания. Верхушки этих кочек были срезаны в расстоянии примерно на 1 аршин от воды, земля из кочки выбрана настолько, что получалась как бы нора, могущая вместить человека. Накрывшись верхушкой-шапкой и оставив небольшую щель для притока воздуха, человек может сидеть там продолжительное время, оставаясь незамеченным. Здесь, в этих кочках, было сложено продовольствие и санитарное имущество…»[110]

Проинструктированные Родовым артиллеристы помнили, что «…снаряды, попадая в мягкую почву не разрываются, и никакого действия не производят…»[111], поэтому вряд ли стали бы вести огонь химснарядами в этих условиях. Во-вторых, Доможиров упоминает «…пехота сузила кольцо настолько, что осколки от гранат почти захватывали своих…»[112] Не забыли командиры Белгородской батареи и о том, что «…Стрельба невозможна, если до противника 300-400 шагов…»[113]. Таким образом, если газовые снаряды и использовались, то в полном противоречии инструкциям и правилам стрельбы, a посему причинить какого-либо вреда были не в состоянии.

«…5 августа 15 лодкам при поддержке артиллерийского огня удалось пробиться к кочкам Змеиного озера. На кочках, однако, удалось лишь захватить 4 бандитов и большие запасы продовольствия. Остальные бандиты, по показаниям пленных, на 8 лодках нырнули в камыши. Немедленно посланная во все стороны разведка не принесла, однако, никаких результатов, за исключением лишь того, что был обнаружен в камышах еще ряд лодочных троп… 6 августа лодки и пехотная цепь прошли остальное пространство на юг до имения Соловово, захватив в камышах 19 пленных и найдя лодку, принадлежавшую Антонову… 7 августа началась вторичная чистка района…, 8-го утром движение продолжалось, лодки дошли до мельницы Прокудина… 10 августа операция была закончена, и части пошли по своим местам…»[114]

Каков же был результат артиллерийской стрельбы химическими снарядами, на которые возлагались такие большие надежды? Увы, результаты были более чем скромными. 2 августа, при обстреле «Сухих Дубков», по которым было выпущено «59 химических» снарядов ни о каких жертвах не сообщалось. Кроме «морального эффекта» никакого другого результата достигнуто не было. Результат обстрела 4 августа, где газовые снаряды вряд ли использовались

«…как выяснилось на другой день, был невелик материально, но морально он настолько подействовал на слабые сердца, что к утру 5 августа в оцеплении владимирцев сдалось 26 человек…»[115]

Опять видим лишь «моральный эффект». Результаты обстрела 5 августа были установлены по показаниям пленных. «…Пленные показали, что артиллерийским огнем убито лишь трое, но этот огонь вселил такой страх, что бандиты еще накануне вечером начали разбредаться в разные стороны с целью сдачи…»[116] Оперсводка №140 от 9 августа сообщала: «…При обстреле артогнем ранено 2 женщины, 3 бандита…»[117] Применялись ли химические снаряды 5 августа также неизвестно, по крайней мере, в отношении этого обстрела можно сказать то же самое, что и про стрельбу 4 августа. Но результат и этого обстрела очень скромен.

Таким образом, следует признать, что метод предварительного обстрела лесов, хоть имел огромное значение и не раз с успехом применялся, все же являлся больше «моральным фактором», чем наносил какие-либо значительные потери антоновцам. Независимо от того, осуществлялся ли он обычными боеприпасами, либо же использовались удушающие снаряды.

После проведения операции по очистке Паревского леса о химических снарядах надолго забыли, да и боевых действий артиллерия практически не вела по причине отсутствия нужды в таковых. Крупные соединения антоновцев были разбиты, мелкие банды вылавливались кавалерийскими частями. В начале августа войска Тамбовской губернии начали убывать в места постоянной дислокации. Убывали и артиллерийские части. 8 августа артдивизион ВЧК отправился в распоряжение начштаба Республики, 20 августа конбатарея бригады Котовского, в составе бригады, убыла в распоряжение Комвойск УССР[118], 26 сентября отправились к местам постоянной дислокации Саратовская и Белгородская батареи[119]. Восстание было подавлено.

Впрочем, вскоре о химических снарядах вспомнили вновь.

Последний раз угроза «быть выкуренными из леса» посредством удушающих газов нависла над антоновцами в начале сентября. Преследуемый частями 3-го боеучастка под командованием Дмитриенко, отряд объединенной банды Кузнецова и донского есаула Матарыгина в количестве 40-60 человек был окружен в Телермановой роще[120], что в 3-х верстах западнее Борисоглебска. 3 сентября 1921 г., докладывая по прямому проводу о действиях своих частей Командующему войсками, Дмитриенко сообщал, что прочесывание леса «…не дает должных результатов ввиду его непроходимости во многих местах…» и просил выделить аэропланы, чтобы «…в условленное время забросать удушливыми гранатами все овраги Телермановой рощи, чем выкурить их из леса…»[121] Видимо не до конца поняв Дмитриенко и решив, что тот собирается бомбардировать антоновцев непосредственно сбросом химических снарядов с аэроплана, командующий несколько опешил от столь оригинального способа действий. И не найдя ничего лучшего возразил, что «…количество удушливых снарядов, могущих быть поднятыми аэропланами абсолютно никакого действия не окажут…» и рекомендовал прибегнуть к «…артиллерийскому обстрелу удушливыми снарядами, каковых у меня имеется достаточное количество…»[122] Дмитриенко нехотя согласился с этим предложением, продолжая, впрочем, настаивать на привлечении авиации, поскольку считал, что использование газов «…крайне необходимо, дабы показать бандитам, что они не скроются и в самой чаще леса…» и полагал, что «….артиллерия всех закоулков обстрелять не в состоянии…»[123].

4 сентября 1921г. из арткладовой 2-го боеучастка со ст. Рассказово в Борисоглебск[124] бронелетучкой №1[125] было отправлено две сотни химических снарядов, каковые были выданы конной батарее 14 кавбригады[126].

«Лесная операция» в Теллермановой роще была назначена на 8 сентября. Из-за проливного дождя ее проведение было перенесено на следующий день, причем «…ввиду сырой погоды…» удушливые газы применять не планировалось[127]. Однако 9 сентября отряд антоновцев покинул лес и отступил в направлении ст. Есипово – Русаново, преследуемый 2-м кавполком бригады Дмитриенко, где разделился и «часть бандитов пошла по домам»[128]. Обстрел химическими снарядами не применялся[129], a 25 сентября оные были сданы в арткладовую 3-го боеучастка, откуда и были получены[130].

Этот эпизод был последним в истории удушливых газов на Тамбовщине.

?

Log in

No account? Create an account